Скальк расположился неподалеку, рядом с ним – Ольвир и Ирса. Воины переговаривались тихими голосами, на лице Ольвира было написано напряжение, которое не покидало его с тех пор, как они нашли изуродованные тела, висевшие на соснах. Скальк склонил голову, лицо его пряталось в тени. Варг все еще чувствовал тревогу, повешенные снились ему каждую ночь: скорченные освежеванные тела колыхались, скрипели веревки. Он подумал о разговоре со Скальком перед тем, как они нашли мертвецов, о том, что тот мог бы совершить акалл, если бы Варг был готов покинуть Заклятых Кровью и присягнуть Гальдурману. Неосознанно его рука потянулась к мешочку на поясе, и он вспомнил о Фройе, своей мертвой сестре. Убитой. Он не знал, где ее тело и кто ее убил. Эта мысль грызла его душу, как крыса, высасывающая мозг из кости.
Послышались шаги, и за деревьями появился Торвик, увидел Варга и направился к нему, улыбаясь. Подошел и сел рядом.
Варг предложил ему кусок баранины.
– Что это у тебя в мешочке? – спросил Торвик, взяв мясо.
Варг отдернул руку, как будто его поймали на воровстве.
– Ты охраняешь его так, словно он наполнен золотом, – сказал Торвик и пожал плечами. – Это твое дело, но если я могу тебе чем-то помочь, то я готов.
Варг долго, тяжело вздохнул. Затем он снова потянулся к мешочку, отстегнул его и засунул руку внутрь, вытащив прядь черных волос.
– Это моей сестры, – сказал Варг. – Они нужны мне для акалла, который покажет, кто ее убил.
Торвик кивнул.
– Я помогу тебе, – сказал он.
– Поможешь в чем? – спросил Варг, нахмурившись.
– Когда Глорнир пожалует тебе акалл, – сказал Торвик, – я помогу тебе выследить убийц сестры. Эдель говорит, что у меня хороший нюх и из меня получится достойный разведчик. Я помогу тебе найти преступников и убить их.
Варг молча уставился на Торвика. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но обнаружил, что в груди давит, а в горле стоит ком и слова не могут протиснуться наружу. Всю свою жизнь он был один, Фройя была его единственным спутником, единственным другом, единственной, кому он когда-либо доверял. Но сейчас, когда он сидел и смотрел на Торвика, он точно знал, что этот парень перед ним имеет в виду именно то, что говорит.
«Если Глорнир когда-либо сочтет меня достойным», – сказал голос в его голове.
«Пожалует Глорнир акалл или нет, это не изменит того, что Торвик только что предложил», – ответил он этому голосу.
Он отвел взгляд и смахнул слезы с глаз.
– Спасибо, – пробормотал Варг.
«Трудно будет покинуть этих людей. Торвик, Свик, Эйнар, даже Рёкия, – подумал он. – Они начали мне… нравиться». Но после разговора со Скальком он знал, что должен сделать для Фройи, чтобы исполнить свою клятву.
Торвик пожал плечами и улыбнулся.
– Bannað jörð, – раздался голос, Варг повернулся и увидел, что это произнес Скальк. Гальдурман поднял голову и неотрывно смотрел на Вол. – Запретная земля, – продолжал Скальк. – Эту руну вырезали на трупах моих дренгров.
– Да, – согласилась Вол.
– Что она значит? – спросил Скальк.
Вол нахмурилась.
– Предупреждение, чтобы держались подальше, – сказала она, затем пожала плечами. – Точно не знаю.
– По мне, так это похоже на предупреждение Порченых, – отозвался Скальк. – Я Гальдурман, всю жизнь изучал руны и магию, объездил весь Вигрир и земли за его пределами, преклонил колено в десятке башен Гальдур, но эту руну я никогда раньше не видел. И тут ты уверяешь, что знаешь ее смысл. Это говорит в тебе Порченая грязь Сейд, верно?
Глорнир поднял глаза от точильного камня и сурово посмотрел на Скалька.
– Не угрожай мне, – сказал Скальк, взмахнув рукой. – Я не ребенок и не трэлл, которого можно сломить взглядом или угрозой.
Его взгляд переместился к Эйнару, чьи брови были сведены, а лицо походило на грозовую тучу.
– Ты хочешь огня для своей каши, полутролль? – спросил он и протянул руку. –
Варг почувствовал, как холодок пробежал по его жилам. Он никогда раньше не видел Гальдур-магии, а теперь, когда увидел, осознал, что она ему не слишком нравится. Он чувствовал, как от Скалька волнами исходит сила, словно жар от костра.
Глорнир перевел взгляд с Гальдурмана на пламя, потрескивающее в его руке.
– Погаси, – сказал он.
– Никакого огня, – пробормотал Эйнар.
Скальк сжал руку в кулак, пламя зашипело и погасло.
– Это священная земля для тебя, Порченая? – спросил он, переведя взгляд на Вол.
Она пожала плечами.
– Мы идем по костям Снаки. Я чувствую их даже сейчас, словно песню в земле, глубоко под нами. Он создал нас, создал мир; конечно, это священная земля. Но не она стала причиной для того, чтобы связывать и потрошить отряд дренгров.
Варг увидел, как Ольвира передернуло, и его рот искривился.
– Но руна не говорит о священном. Она говорит о запрете, – продолжила Вол.
– Иногда эти два понятия идут рука об руку, – задумчиво сказал Скальк. – Тогда почему это запретная земля? – снова спросил он.
– Я не знаю, – ответила Вол.
– Несомненно, мы все узнаем, как только найдем того, кто сделал это с твоими воинами, – сказал Глорнир.
