– Дерзкая? – осклабился бандит, продемонстрировав желтые зубы.
Проигнорировав его вопрос, я задрала повыше подбородок и, напустив надменный вид, попыталась с ходу внести сумятицу в логику, по которой он действует:
– Что вы делаете на моей земле?
Получилось. Молодчик дремуче нахмурился и переспросил:
– Это в каком смысле – на твоей?
– В прямом! – надавила я, однако не спеша вдаваться в подробности.
Шавки вроде него не любят непонятного. Это заставляет думать, а думать они тоже не любят. Они умеют в основном выполнять набор нехитрых команд. Местные шавки в этом не слишком отличались от тех, которых я встречала на Земле. На мой взгляд, здешние даже попроще будут. Мозг, не тронутый интернетом, не заточен под глубокий анализ.
Бандюган повелся. Подрастерял пыл и даже переступил с ноги на ногу, не зная, что делать.
Подозреваю, его смутили не только мои слова, но и внешний вид. Я была одета не так, как те девушки, которых они грузили на ладью. Да и волосы носила распущенными, чтобы подсохли после купания. В общем, я была другой, недаром даже пацаны с ходу меня определили в ньеры – представительницы местной аристократии. Возможно, мне это сейчас придется на руку.
– Веди меня к главному! – приказала, не теряя инициативы.
То и дело оглядываясь на меня через плечо, громила зашагал к берегу. Я последовала за ним. Очень хотелось верить, что и на остальных произведу столь же неизгладимое впечатление и они отпустят пленников, а сами уберутся куда подальше. Потом, скорее всего, очухаются, но я не стану их здесь дожидаться и людей уведу. Придется забрать их в замок, но это дело уже решенное. Не отдавать же мне бедняг в рабство?
Я попыталась незаметно отогнать девчушку, пока выдался хороший шанс улизнуть, но та клещом вцепилась в мою руку и тащилась зачем-то обратно.
Бандюки уже успели навести порядок. Больше никто не голосил. Даже дети тихо хныкали, зверьками косясь на одного из надсмотрщиков с плеткой в руках. Судя по порванной одежде, одному мальчишке все-таки досталось. Или даже не одному?
Девчушка, что цеплялась за мою ладонь, наконец ее выпустила и бросилась к друзьям.
Девушки… Девушкам, похоже, тоже досталось. Хмурые, они пытались встать между детьми и бандитами. Один мужик с гнусной рожей и шрамом на губе указал плеткой на сходни. На этот раз дважды говорить не пришлось, и очередная несчастная отправилась на ладью. Получив смачный шлепок по заднице, взвизгнула и ускорилась. Бандиты заржали.
Про парней, пытавшихся защитить остальных, и говорить было нечего: все лежали на земле, изрядно избитые.
– Кто у тебя там, Блохастый? Кого привел? – повернулся к нам один из тех, кто методично пинал лежащего на земле парня.
– Что здесь происходит? – жестко произнесла я, понимая, что с этим молодчиком просто не будет.
– Да вот, ньера с главным говорить желает.
Проводник отвесил мне издевательский поклон.
– Ньера, говоришь?
– Угу, Нож. Брешет, что это ее владения и люди, представляешь?
Тот, которого назвали Блохастым, поскреб грязными ногтями волосатую грудь в распахнутом вороте рубахи. Я едва сдержалась, чтобы не поморщиться от характерного звука.
– Кто такие и чем занимаетесь на моей земле? Отвечать! – повысила я голос, привлекая внимание и одновременно лихорадочно пытаясь придумать, чем бы их напугать так, чтобы сели на свою посудину и угребли отсюда подальше.
Бандиты недоуменно переглянулись и как один уставились на главаря.
Ожидаемо. В случае любых непоняток – слушай главного. Значит, на него и придется давить, остальные поступят по образу и подобию.
Главарь, не спеша отвечать, рассматривал меня. Он был довольно молод и неожиданно хорош собой, если бы его побрить и вымыть сальные волосы до плеч, а еще лучше – постричь по-человечески.
Вот только мне совершенно не нравился его взгляд. Пронзительный, с хитрым прищуром. Холодный и расчетливый. И еще… что-то он мне напоминал… И то, чем занимался этот человек, когда мы подошли, мне тоже не понравилось. Наверняка махровый садист – определила я с ходу. И зуб даю, что, скорее всего, не ошиблась.
– Говоришь, что мы на твоей земле? – спросил он, делая шаг мне навстречу.
И тут я допустила ошибку: непроизвольно отступила.
– На моей! – попыталась ответить твердо, но инициатива уже была упущена.
– И кто же ты такая, позволь поинтересоваться?
Он разглядывал меня с любопытством, и от этого взгляда становилось не по себе.
Еще шаг, и я снова отступила, не в силах удержать себя на месте.
Блин! Боюсь я этого косматого разбойника, что делать? Я никакой борьбой не занималась и боевых искусств не изучала. Знаю парочку приемов, и то не уверена, что смогу использовать при необходимости, даром Агриппина…
Агриппина!
Воспоминания выплескивались на меня словно горячий чай на колени – порциями и изрядно обжигая.
