– Я взял самый надежный метод – медицинский эксперимент. Купил на форуме в торговый день дюжину петушков. Довольно долго я половину из них кормил зерном с териаком – с месяц, наверное. Ну а остальных – без териака. Потом дал гадюкам петушков покусать, и что же ты думаешь? В группе петушков, что клевали зерно с териаком, не умер ни один! Ну ладно, один все же умер, но уже на следующий день. Может он меньше зерна съел и меньше лекарства получил – я не знаю. А вот в группе с обычным зерном умерли все без исключения. В тот же день, Квинт! Как тебе?
Я восхищенно покачал головой. Эксперимент вышел убедительным. Пожалуй, такой строгий подход стоило бы применить и к большинству смесей, что выдают за лекарства. Глядишь, подделок и просто бесполезных средств стало бы намного меньше.
– Так ты слушай дальше – рассмеялся Гален. – Мне почти сразу же снова понадобилась одна из этих змей – ну ничего не пропало без пользы! Пришла ко мне женщина. Жаловалась, что у нее все время крутит живот, словно пульсирует желудок. Уверена была, что там, у нее внутри, живет змея. Наглоталась как-то воды, где они плавали – может вот одна маленькая попала, ну а уже потом выросла – так она предполагала.
Я поморщился. Вспомнились черви из нильской воды, которые созревают и кишат потом под кожей, через язвы высовывая свои слепые головы наружу.
– Ну я посмотрел ее, конечно, для порядка. Ни о какой змее там, разумеется, и речи не было! Да и вообще у женщины на вид все в порядке. Кроме головы…Я попоил ее безвредными настоями – не верит. Полечил припарками и мазями – не помогает, говорит. Ползает во мне змея и все тут. Но я-то знаю, что не помогает! Потому что никакой змеи нет! И вот заметил я, что когда она мне особенно долго и подробно рассказывает про свои ощущения – ее рвет. Порядком так, обильно, как не на всякой пирушке после обильных возлияний удается. И пришла мне идея…В один из осмотров я специально расспрашивал женщину, как ее ощущения. Подгадал момент, когда ее вырвет и в то ведро подкинул змею. Незаметно, конечно же. Предварительно попросил марси удалить ей ядовитые зубы – на всякий случай – ну чтобы не укусила ненароком. И вот показываю я женщине ведро, а там гадюка в остатках ее обеда корчится. Смотри вот, матрона, избавились мы от гадины, что терзала твой многострадальный желудок.
Я расхохотался находчивости Галена.
История звучала дико, но ведь для самых странных ситуаций годятся порой лишь самые странные решения.
– О Квинт! Она ушла счастливой – светилась даже. Прошло все и сразу! А ты говоришь змеи бесполезны…– перекрикивал мой смех Гален.
Теперь уже мы оба громко хохотали.
– А знаешь как ее лечили до меня? – хмыкнул Гален. – Пара лекарей, не понимая, что делать, обратились к старому римскому поверью, будто дурные мысли в голове вселяются от лемуров, неких злых духов, в их понимании. И в особый день, в полночь надо открыть дверь дома ногой и кидать черные бобы с криками «Этими бобами я выкупаю себя и своих». Вот так, Квинт, ее и лечили! Вот так! – Гален презрительно закатил глаза.
В который раз я восхищался, какой богатый опыт накапливает учитель. Хотя и у меня разных историй накопилось немало – рассказы Галена всегда были живее и незауряднее. Самые сложные и необычные случаи, будто бы по праву первенства, доставались ему. Особенно же мне было интересно, как он мыслит и приходит к своим необычным, но почти всегда верным и действенным решениям.
– Как же ты догадался попробовать? С чего решил, что женщине поможет увидеть эту, якобы вышедшую из нее змею?
Гален надел на руки перчатки из толстой ткани, подхватил котелок горячего, жидкого меда и вылил в другую посуду, где уже бурлила какая-то густая жидкость.
– Нет, это кажется удивительно ловким и логичным, но не знаю, догадался бы ли я сам.
– А я вот догадался – мне помогли работы Эразистрата – Гален цокнул языком. – Там история у него была похожая описана – она меня и вдохновила. Послушай-ка вот. Написал Эразистрат, что у одного пожилого римлянина умер друг. И все старику упорно мерещилось, что похороненный винит его за несколько неудачных происшествий, в детали которых и смысла вдаваться нет. Винит и презирает из царства теней, в общем. И с этой ненавистью мертвеца никакой ему сон не шел. Мучился он, ворочался, аппетит потерял. И что же ты думаешь предпринял Эразистрат? Как ты убедил бы мертвеца оставить в покое живого?
Я пожал плечами.
– Вот! Не знаешь! А Эразистрат нанял одного из актеров, что всегда можно найти у амфитеатров. Объяснил, о чем и как следует говорить. Дал актеру полотнище белое, чтобы тот с головой накрылся – там разве что пару отверстий проделали, чтобы дышать не мешало. Ну а своему пациенту велел явиться к полуночи на кладбище, к той самой могиле. Там мол все и разрешится.
Я увлекся, заинтересованно слушая.
