Бросив на полпути дописывать последние знаки, поочередно постучала угольком по буквам «д» и «а», развернув лист таким образом, чтобы князю было удобнее читать то, что я показываю.
Хотела спросить, что собирается поручить мне Братоубийца, но услышала, как поворачивается ключ в замке. Дверь на задний двор отворилась. Сбилась с мысли, засмотревшись на того, кто вошёл, хлопая себя плечам, стряхивая воду с плаща. Когда увидела знакомые жесткие черты лица и яркие желтые глаза под козырьком форменной фуражки королевской гвардии, то даже не нашла в себе сил удивиться такому совпадению. Объяснения не требовались. Волк просто-напросто следил за мной. Точно так же, как в ту ночь «вёл» до самой библиотеки. А я-то думала, что ему в Белом дворце нужна принцесса или, на худой конец, король. Но нет, всё внимание моей персоне, как лестно.
Волк безмолвным кивком ответил на вопросительно приподнятую бровь хозяина. Бросил на меня насмешливый взгляд и, сняв фуражку, отправился греметь рукомойником. На мгновение мне стало неловко, что я одна в этом доме пренебрегла правилами гигиены в силу отсутствия нужной привычки.
— Представляешь, Волк, мы с
Пришлось его разочаровать. Я пришла, чтобы искать ответы, а не давать.
— Н.Е.З.Н.А.Ю, — повторил за мной князь и потемнел лицом. Впился в меня жуткими разноцветными глазами, пытаясь по моему лицу прочитать, лгу я или нет.
Меня эта подозрительность, выходящая за рамки разумного, порядком утомляла. Интересно, он хоть кому-нибудь верил на слово? Хотя бы своему слуге? Хотя вот именно человеку, который с легкостью вонзает стилет в спину, я бы не спешила доверять.
Разве важно теперь выяснять, как гвардейцы меня выследили? Я была уверена, что им помог Связной браслет, недаром кожа под ним так сильно зудела, хоть он и не нагревался. Как бы там ни было, я не собиралась делиться своими соображениями с князем. В этот раз браслет остался у принцессы, так что можно не ожидать слежки. Мой браслет никого не приведет, а думать насчет тех, которые настроил Арри для своих убийц — увольте. Мне было плевать на их безопасность. Ничто не понуждало меня отвечать им правдиво. Оплаченные кровью браслеты лежали у рукомойника и не подавали признаков жизни, лишенные тепла. Их не выследят.
Я задумалась, как бы покороче сформулировать вопрос касательно планов насчет меня, но князь спросил первым:
— Как тебя зовут?
Уголёк в моих пальцах треснул и упал на бумагу, испачкав её черными мажущими крошками.
Я ненавидела этот вопрос. Самый болезненный из бесконечного списка вопросов, на которые у меня не было простого и ясного ответа. Впрочем, было одно слово, которое больше всего подходило в качестве имени. Король и принцесса звали меня так, но мне было очень неприятно слышать его в свой адрес. Настолько неприятно, что внутри шевелилось что-то нехорошее.
— Т.Е.Н.Ь? — удивился князь Алишер. — Тебя так Эриен назвал?
Я потёрла ладони друг о друга, чтобы хоть немного стереть с пальцев уголь и кивнула. Велико было искушение вытереть пальцы о скатерть, но я побоялась, что любящий чистоту князь вынесет мне смертный приговор за хулиганство.
Братоубийца откинулся на спинку стула и принялся не спеша раскуривать набитую трубку, попыхивая дымом. При этом он смотрел на меня как на занимательную безделушку в музее — вроде впервые видит, но при этом в общих чертах понимает, откуда такая взялась.
— Знаеж, а я не удывлён, — наконец пробормотал он неразборчиво, не вынимая чубук изо рта. Помолчав ещё немного, начал рассказывать, делая длинные паузы для того, чтобы отдать должное трубочному зелью.
— Когда мы были детьми — а я был намного младше братьев — нам иногда рассказывали разные сказки. Отец считал, что нам стоит знать про доблестных предков и их приключения. Я, разумеется, больше всего любил слушать про того, кто установил мир между людьми и Древними богами и основал Акато-Риору на границе трех разных миров… Да, Первый принц Алишер был и остается для меня примером для подражания… — Братоубийца замолчал и тяжело задумался. Но мы с Желтоглазым терпеливо ждали, и князь продолжил совсем другим тоном. — Братья не любили эти сказки. Они бросались подушками в каждого, кто предлагал послушать о Первом принце, и требовали страшные истории, от которых я потом не мог спать ночами напролет. Все эти призраки, тени, мертвецы караулили меня в каждом углу общей детской, скрипели дверьми, вздыхали в темноте и скребли когтями, а старшие братья не упускали случая добавить к моим страхам пару душераздирающих подробностей… К чему это я?
