Замаскированного под бочку прохода больше не существовало, вместо этого они распластались возле огромной груды булыжников и обломков, ближайший из них упокоился едва ли не вплотную к голове Рикарда. Скользнув взглядом чуть дальше, Райя почувствовала, что по щекам заструилась предательская влага. Умом она еще не осознала почему, но тело словно отреагировало само. Она толкнулась от стены, конечности отозвались болью, из горла вылетел протестующий стон. Не обратив на это внимания, она проковыляла вперед, вновь упала на колени.
Вернон был бледнее шелковых гардин, обрамляющих зал государственного совета. Светлое пятно на фоне темной земли. Пот стекал по лбу и вискам, взгляд был мутным, мужчина часто и сипло дышал. Спиной он распластался по центру прохода, таз задрался вверх, будто он задницей пытался вползти на образовавшуюся гряду. Левая нога была нелепо подогнута, но уцелела, а вот правая… Когда все началось, мужчина стоял чуть дальше, чем она с Риком. Не хватило совсем чуть-чуть. Правое бедро как бы вросло в камень, а все, что было ниже, упокоилось где-то в заваленном проходе.
Удивительно, но сознания он не потерял. Припорошенные отголосками боли и шока глаза уставились на Райю. Вернон едва слышно проговорил:
– Добегался…
Девушка открыла и закрыла рот, не зная, что сказать или сделать. Белоголовый упал на колени рядом, рукой прижал грудь Вернона к земле, словно опасаясь, что тот захочет встать. Мужчина отозвался тихим стоном.
– Проклятье.
Они переглянулись, синхронно посмотрели сначала на изувеченную ногу, затем на гряду, вновь пересеклись взглядами. Одними губами она спросила:
– Гойб…?
– Сама видишь. – Рик помотал головой. – Не знаю, обвалилось ли все помещение или только проход, но ему мы в любом случае не сможем помочь, даже если он выжил. А вот здесь…
– Забудь, – голос Вернона слегка окреп, но все еще дрожал, – теперь я обуза.
– Ну как посмотреть, оба кулака все еще на месте. И мозги тоже. – Рик стянул через голову сумку, которую притащил с собой, упав на землю она глухо звякнула. – Но у тебя болевой шок. Скоро он пройдет, и будет совсем паршиво. А еще ты продолжаешь терять кровь.
Вернон грязно выругался, добавив в конце:
– …шок или нет, болит просто…
Вновь ругань.
– Будет еще хуже. Надо разобраться с этим. Упокоиться прямо тут, слившись с кучей булыжников, – так себе идея.
Белоголовый расстегнул сумку, повозился в ней, вытянул тугой сверток ткани, уложив на землю, развернул его. Райя увидела кучу закупоренных склянок разного размера, от совсем маленьких (размером со сливу) до крупных (с ее кулачок).
– Подсвети.
Она спешно подняла факел, в белом свете емкости сверкнули. Рик поворошил их пальцем, вытащил продолговатый пузырек, больше похожий на пробирку. Внутри плескалась алая, похожая на кровь жидкость.
– Мак. Обезболивающее, очень сильное. Настолько, что может принести больше вреда, чем пользы. Просто перестаешь чувствовать боль, можно не понять, что ресурсы организма на исходе, и сгинуть в бою. Действительно последний шанс. Но нам как раз пригодится.
Он несколько раз повернул колбу днищем вверх-вниз, словно взбалтывая содержимое, зубами выдернул пробку. Одной рукой приподнял голову Вернона (тот отозвался стоном), другой поднес емкость к его губам.
– Пей.
Мужчина послушно выпил почти все. Рик фактически влил жидкость ему в рот, тонкая струйка стекла с уголка губ. На дне остался небольшой осадок, белоголовый, пожав плечами, влил недопитое в себя. Встряхнулся.
– Даже у самого сильного обезболивающего есть пределы. Оно точно не подходит для медицинских операций. Да и инструментов у меня нет. Будь добра, навались ему на плечи.
Поняв, что сейчас будет, Райя сглотнула слюну, но положила факел на небольшой камешек и послушно уперлась руками в могучий торс. Вряд ли бы она сумела сдержать Вернона хоть секунду, но тот был так слаб, что почти врос в землю под ее весом. Белоголовый скупым движением перетянул ногу обрывком ткани, деловито расстегнул ножны на правом боку, вытянул изящное, продолговатое лезвие без гарды. Замер, словно приноравливаясь. За мгновение до того, как его рука пришла в движение, Райя успела закрыть глаза.
Вернон наполовину взвыл, наполовину захрипел, дернулся под ней. Стиснув зубы, Райя всем весом прижала его к земле. Она ожидала второго удара, но вместо этого Рикард попросил:
– Дай факел.
Ну еще бы. Чужой череп он тоже пробил спицей за раз. Приоткрыв один глаз, она нашарила древко, протянула бледный огонь вперед. Белоголовый резко, не давая Вернону прийти в себя, ткнул пламенем куда-то вперед. Зашипело, мужчина вновь взвыл, но уже тише. В ноздри потек тошнотворный запах жареной плоти. Тело под ее ладонями еще несколько раз дернулось.
– Почти все. Ты молодец. Вы оба молодцы.
Похвалу белоголовый проговорил ничего не выражающим тоном, будто зачитывал с листка. Вновь повозился в склянках (где он их только взял в таком количестве?), выудил новый пузырек, на этот раз темная жидкость была похожа на эль. Повторил процедуру вливания раствора в рот, попутно объяснив:
