Рик озвученный ранее вопрос полностью проигнорировал, вместо этого спросил в ответ:
– Кто ты?
Молчание. Затем внезапная улыбка рассекла пожилое лицо.
– Фелесин Тавор.
Ничего, кроме имени, он не назвал, да и то прозвучало с безумной ноткой в голосе. На их лицах явно не отразилось ничего схожего с узнаванием, поэтому вдогонку старик грустно прошелестел:
– Нет? Ничего не звенит? Хотя вы довольно молоды…
– А должно? – Белоголовый насупился.
В унисон его словам сзади раздалось шуршание. Обернувшись, она увидела, что Вернон уселся на ближайшую стопку книг, возложив культю перед собой. Пот блестел на его лице, нижняя губа оттопырилась. Мужчина скользнул по Райе взглядом, медленно моргнул. Плохо дело… Развернувшись, она перехватила инициативу:
– Мы должны были узнать это имя? Почему?
– Не должны, – Фелестин покачал головой, – просто теплилась надежда, что наверху меня еще помнят. Но вы и правда слишком молоды.
– Так кто вы? Почему о вас должны помнить?
– Я ученый.
Старик медленно поднял руку и ладонью указал на убранство комнаты. Мол, обстановка говорит сама за себя. Добавил:
– Ученый… Экспедитор… Исследователь… Но большая часть из этого осталась в прошлом. Тяжело исследовать Мир, сидя в этом. – Он погладил деревянное колесо.
Рик посмотрел на Райю, но она покачала головой. Ее познания об ученых и людях подобного толка ограничивались теми, кто посещал приемы в столичном замке. Эти люди больше вели светскую жизнь, нежели занимались наукой. А тех, кто правда привносил в этот Мир что-то новое, церковь давно забрала под свое крыло, ревностно оберегая все секреты и открытия.
– Замешательство на лицах… А что вы ожидали здесь найти? – В глазах старика блеснуло любопытство.
– Ответы. – Рик оперся на стол, пристально посмотрел на Фелестина.
– Какой грозный взгляд. А вы через многое прошли, чтобы залезть сюда, не так ли?
– Еще как, – тихо просипел Вернон за их спинами.
– Спрашивайте, – старик даже пожал плечами, – у меня давно не было гостей. Помимо тех людей, что усадили меня в эту комнату. Но перед ними я давно уже не испытываю ни страха, ни пиетета. Только бесконечную усталость. Что они мне сделают, отберут еще и руки? – Он хихикнул, вновь с ноткой безумия.
– Вам ампутировали ноги прежде, чем отправить сюда? – Рик нахмурился.
– Нет, вовсе нет. Ноги я потерял почти тридцать лет назад.
– Каким образом?
– Наследство после посещения северной впадины.
Воцарилась тишина, Фелестин улыбнулся, явно наслаждаясь произведенным эффектом. А затем принялся объяснять:
– Позвольте прояснить. Мир тогда трясло будь здоров, но нас, одержимых наукой, это мало волновало. Какой толк выпускать друг другу кишки и сражаться за клочки земли, если вокруг так много неизведанного? Но к тому времени энтузиазм к исследованию той стороны стремительно угас, у всех были иные, более насущные заботы.
Темп его речи нарастал, старик явно соскучился по вниманию слушателей. Речь его зазвучала четче, словно он зачитывал перед ними научный трактат.
– Когда я был совсем юн, экспедиции к святыне проводились регулярно и поощрялись тогдашними правителями. Но когда никто не смог зайти дальше определенного предела, а большинство и вовсе не вернулось, желающих войти в те земли стало значительно меньше. Как и тех, кто готов был выдать на это горсть монет. Ведь деньги, как ни крути, тоже играют свою роль…
– Вы были там? Дальше Баша? В самой впадине? – Райя облизнула губы. Все, кто подходил под подобное описание, уже давно должны были уйти в небытие от старости. А скорее, даже раньше. Ее познания были довольно скудными, но среда в тех землях была настолько враждебна, что вернуться живым и здоровым было почти невозможно.
– Именно так. В тысяча триста сорок втором году. Последний год, когда я бегал на своих двоих.
– Сорок второй… Постойте! – Райю озарило. – Тогда я знаю, о какой экспедиции вы говорите! – Она запнулась. – Из нее никто не вернулся. Это известный факт. После этого исследования тех мест были свернуты и не возобновились до сих пор.
Фелестин грустно развел руки в стороны.
– И тем не менее я здесь. Но в остальном все верно. Тот поход стал последним. В успех не верил, кажется, никто, кроме нас. Пятнадцать смельчаков. Вернулся лишь один. – Он указал себе в грудь. – В целом к концу я почти уверился, что скептики были правы. У нас было несколько идей, как продвинуться дальше. Например маски, совсем допотопные… Сейчас их улучшенный вариант используют на рудниках в качестве профилактики от вредных частиц в воздухе. Но тогда это дало дополнительный день, может два. Признаки рунного отравления проявлялись с такой скоростью и в таком масштабе, что стало ясно: никуда мы не дойдем. Научный энтузиазм разбился о суровую реальность.
– Полный провал? – Рик скрестил руки на груди.
