– Довольно разговоров, ступай! – холодно распорядился мистер Дансон.
– Позвольте еще одно слово, сэр, пожалуйста! – взмолился конюх. – Письмо до Лондона идет недолго. Может быть, потом вы сами будете рады, что ничего здесь не разрушили.
– Ступай отсюда! – повторил мистер Дансон, настроенный проявить твердость – теперь более, чем когда-либо.
Гори нехотя вышел из комнаты.
На что надеялся друг мистера Читтока?
По правде говоря, он навострил уши, чтобы не пропустить сдавленный крик о помощи, хвалу небесам, мольбу о спасении… Вместо этого, по-прежнему с небольшими перерывами, раздавались лишь безудержные рыдания да протяжные горестные стоны.
– Просто ветер воет, – сказал доктор. – Но как он проникает сюда, ума не приложу. Раньше дом был непроницаем, как барабан.
– Что будем делать? – спросил мистер Дансон, хотя отлично знал, как собирается поступить. – Что бы вы посоветовали, мистер Мелшем?
– Я тут не советчик, – ответил констебль. – Позиция слуги представляется мне разумной. Дом вам не принадлежит, поэтому взламывать дверь, запертую законным владельцем, довольно рискованно. В погребе может оказаться что угодно – вино, виски… что угодно. В общем, на вашем месте я бы…
– Вы бы немедленно выяснили, в чем дело, – подсказал ему мистер Лэнгли.
– Нет, отнюдь. Я связался бы с мистером Читтоком.
– Ну так письмо подождет до утра, а сейчас предлагаю воздать должное пуншу! – воззвал юный женоненавистник. – Дансон, позволь мне самому отнести благоуханную чашу в библиотеку, там зелье эскулапа будет еще вкуснее. Джентльмены, все за мной! У нас впереди ночь веселья!
Однако деревенские гости предпочли мирно ночевать дома и откланялись раньше, чем церковные часы пробили одиннадцать. По дороге они пришли к единодушному мнению: в погребе явно что-то неладно и с этим необходимо разобраться; однако закон и приличия требуют перво-наперво снестись с мистером Читтоком, который, возможно, пожелает приехать.
– А вскрывать чужие замки – это, знаете ли, дурно пахнет, – объявил мистер Мелшем. – Правильно сделали, что не дали выломать дверь. Поставьте себя на место хозяина, отец Джон!
– Я никому не позволил бы наводить свои порядки в моем доме, – подтвердил достопочтенный.
– Уверен, вы того же мнения, доктор?
– Да. Но мне хотелось бы посмотреть, как выглядит изнутри старый погреб. Камни для него брали из кладки древнего замка; снаружи они не обработаны, поэтому стена кажется сложенной из обломков скалы.
– Полагаю, легенда о тайном подземном ходе родилась не на пустом месте? – осторожно поинтересовался мистер Мелшем.
– Возможно. Слышите? Море кручинится, как в народе говорят. По-моему, это самый печальный, самый волнующий звук на свете! – Доктор застыл на месте. – Какая бездонная, невыразимая словами скорбь!.. Плач заблудшей души.
– Верно, верно, – поддакнул святой отец. – Сколько раз я на ночь глядя возвращался домой вдоль берега из какой-нибудь далекой хижины, куда призвал меня мой долг, и поневоле спрашивал себя: какую горестную повесть пытается поведать нам пучина морская, о чем так безутешно тоскует?..
– Идемте же! – поторопил своих спутников мистер Мелшем. – Оставим океанские печали океану. Уж больно промозглая нынче ночь!
Показалась ли та ночь промозглой мистеру Дансону, нам неведомо, известно лишь, что для него она тянулась бесконечно.
Обуреваемый сомнениями и предчувствиями, он жаждал покоя и не мог его обрести. Дойдя до полного изнеможения, он наконец забылся тяжелым сном, который, как назло, свелся к перемалыванию всего того, что тревожило его наяву.
Снова и снова перед его сомкнутыми глазами мелькали мистер Читток, капитан Ростерн, Гори и Блэкстонский замок с лабиринтом невесть куда ведущих подземных ходов и гулом загадочных звуков.
Действительность и фантазия сплелись в такой чудовищный клубок, что мистер Дансон искренне обрадовался первому слабому свету зари, который положил конец сновидениям и возвестил начало нового периода бодрствования.
Заметим, что в течение той нескончаемой ночи он не единожды, повинуясь безотчетному порыву, вставал с постели и шел в столовую, где, по его убеждению, скрывалась разгадка мучительной тайны.
Что ж, если он прав, всего через несколько часов овладевшие им сомнения либо подтвердятся, либо рассеются без следа.
После ухода доктора Гейджа и его деревенских друзей гости Блэкстонского замка на своем закрытом совете постановили несмотря ни на что взломать дверь в «таинственный грот», как мистер Лэнгли окрестил старый винный погреб.
– Завтра я с утра пораньше схожу в деревню, – развивал план действий находчивый юный джентльмен, – и приведу сюда пару дюжих молодцов с кирками и ломами.
Свое обещание он выполнил настолько успешно, что еще прежде, чем мистер Дансон вышел из спальни, со стороны столовой раздались звуки решительных приготовлений к штурму.
На лестничной площадке мистер Дансон столкнулся нос к носу с Гори. Вид у конюха был такой, будто он не спал целый месяц.
– Простите меня за вопрос, сэр, – сказал Гори, – но правда ли, что вы собираетесь выбить дверь в погреб, не списавшись с мистером Читтоком?
