– Минуту назад здесь, в этой комнате, были двое, один молодой, другой старый! Ради бога, скажите, кто они и отчего вы не остановили их, отчего позволили совершиться убийству? – в страшном волнении выпалил мистер Бомонт.
При виде столь чрезмерного возбуждения, охватившего его молодого зятя, мистер Стэкпул сразу взял себя в руки и успокоился.
– Соберитесь, Джордж, и расскажите все по порядку. Надо понять, что тут происходит.
– Но где эти двое? Они же были здесь, и если вы при сем присутствовали, то сами видели, что случилось; а если поднялись сюда только сейчас, то не могли не встретиться с молодым человеком, когда он покидал комнату. Старик-то уже никуда не уйдет. – С этими словами мистер Бомонт приподнял скатерть и заглянул под стол.
– Почему вы с такой уверенностью говорите о том, что здесь случилось, когда сами все это время находились внизу? – удивился мистер Стэкпул.
– Проводив Уэстонов, я закурил и немного прошелся по широкой аллее, а когда посмотрел на дом, в занавешенном окне гостиной миссис Стэкпул ясно вырисовывались два мужских силуэта; благодаря электрическому свету контуры были четко очерчены, как на проекции от волшебного фонаря. Они стояли друг против друга, и я прекрасно видел их лица в профиль, но ни одного не смог узнать. Оба в париках и с кружевными манжетами, а у того, что был моложе и выше ростом, я приметил еще и пышный шейный платок-стейнкерк. Эти господа мутузили друг друга, и старик вцепился молодому в горло, но тот извернулся, выхватил свою шпагу и проткнул старика. Старик упал… исчез за нижним краем окна. Молодой немного постоял, отер шпагу и пошел прочь. Окно превратилось в пустой белый квадрат.
– Боже правый! Я все это слышал из своей комнаты внизу – и борьбу, и падение, и хриплые стоны! – сказал мистер Стэкпул.
– А я встретила молодого человека, если то был человек… Он обогнал меня на лестнице! – воскликнула дочь, припав к плечу отца. – Ах, папá, в Харблдон-холле водятся привидения, правду люди говорят! Уедемте завтра же из этого проклятого дома! – Ее словам тихо вторили последние печальные вздохи вальса Вальдтейфеля.
Мистер Стэкпул покачал головой.
– Не представляю, под каким предлогом. Мы только напугаем твою маму, а это никуда не годится. Ради бога, постарайтесь вести себя так, как будто ничего не случилось. Нужно спуститься к гостям. Ладно, я сам. А вы оба должны успокоиться и проститься со всеми подобающим образом. Да смотрите не встревожьте тех, кто остается на ночь! Нельзя возбуждать подозрения. Джордж, принесите Элле бокал шампанского, вино пойдет ей на пользу.
– Нет, не оставляйте меня одну! – точно испуганное дитя, взмолилась миссис Бомонт.
– Хорошо, велю принести вина вам обоим, – согласился отец. – Но не задерживайтесь, жду вас внизу.
Мистер Стэкпул присоединился к гостям, которые даже не заметили его отсутствия. Все с упоением кружились в последнем танце, такие свежие, оживленные, словно бал только начался.
Наконец гости разъехались – кроме тех, кто планировал остаться до завтра. Дамы вскоре удалились, а джентльмены пошли курить в бильярдную.
– Неважно выглядишь, Бомонт, – закурив сигару и взглянув на бледное лицо друга, сказал молодой человек в костюме тирольского крестьянина.
– Ничего страшного, просто от вальсов кружится голова. – И мистер Бомонт налил себе бренди с содовой.
Постепенно джентльмены один за другим откланялись, и в бильярдной остались только мистер Стэкпул, его зять и мистер Листон, молодой человек с необычайно длинными ногами – сей факт он намеренно подчеркнул, явившись на бал в лосинах.
– Скажите, ваш тесть знал, что Харблдон-холл пользуется дурной славой, когда решил поселиться здесь? – понизив голос, спросил у Бомонта мистер Листон.
Его вопрос достиг ушей мистера Стэкпула, и он сам дал ответ:
– До нас доходили какие-то глупые слухи, но это обычное дело: если старый дом слишком долго пустует, люди пытаются найти причину и сочиняют разные небылицы. Но я не из тех, кто идет на поводу у невежественной молвы. Я взял дом в аренду и теперь не нарадуюсь.
Мистер Бомонт мог только позавидовать отменной выдержке тестя.
– Похвальная позиция, к тому же электрическое освещение – лучшее лекарство против так называемых сверхъестественных явлений. Полагаю, вам известно о внезапном отъезде сэра Роланда Шоу?
– Ну разумеется, во всех подробностях! – с натужным смехом подтвердил мистер Стэкпул.
– Так уж и во всех? Сомневаюсь. Но если это правда, вы, должно быть, большой весельчак, коли можете смеяться над такими вещами, – заявил мистер Листон.
– Да ведь все сводится к дурацкому розыгрышу. Посредством волшебного фонаря, если я правильно помню.
