Незадолго до одиннадцати я отправился наверх, в бывшую спальню Слиппертонов, вооружившись парой свечей, новым блокнотом и авторучкой. Замечу, что в ту пору я уже поднаторел в исследовательской работе, в частности мог представить полный стенографический отчет о спиритическом сеансе. Прежде чем лечь в постель, я измерил у себя пульс и температуру – и то и другое было в норме. Пока никаких признаков сверхъестественных явлений вокруг не наблюдалось, и я не испытывал ни малейшего волнения. Я вообще не из тех, кого тревожат встречи с духами.
По дороге в спальню я захватил с собой в качестве чтения на ночь «Записки Пиквикского клуба» (всегда лучше выбирать книгу, содержание которой никоим образом не пересекается с темой ваших научных изысканий). Посреди знаменитой сцены суда мое внимание привлек тихий шелест, словно в комнате возникло легкое движение. Оба окна я оставил открытыми и занавески не задернул, поэтому сперва предположил, что в окно впорхнул крупный мотылек, – вероятно, насекомое бестолково бьется под потолком. Я отложил книгу, сел и обвел глазами комнату, однако ничего не увидел. Ночь была безветренная, свеча на столике возле кровати горела ровно. Но посторонний звук не стихал, возобновляясь через неравные промежутки времени, словно небольшое крылатое существо снова и снова предпринимало свои безуспешные попытки. Мне даже пришло в голову, что, быть может, это раненая летучая мышь или птичка, и почудилось, будто кто-то копошится на полу в ногах кровати, вне поля моего зрения. Я уже хотел встать и выяснить, в чем дело, как пламя свечи немного опало, и я заметил, что в комнате стало ощутимо холоднее.
Я взял блокнот и аккуратно записал свои впечатления, указав точное время суток.
Когда я снова поднял голову, звук, напоминавший трепыхание крылышек, заглох и свеча опять разгорелась ярче, однако на сей раз я увидел, как что-то непонятное, едва различимое пытается влезть на поперечину кровати у меня в ногах. Я затрудняюсь подобрать точное слово для описания незваного гостя. Это была даже не форма, скорее некий смутный сгусток неправильного и переменчивого очертания, который частично заслонял то, что находилось прямо позади него. Должен признаться, мои наблюдения в тот первый миг грешат неточностью, ибо внезапно я осознал, как глупо было с моей стороны не взять в поездку фотокамеру и аппарат для вспышки. Дело в том, что Слиппертоны настроили меня на встречу с полтергейстами, а я, очевидно, столкнулся с явлением совершенно иного порядка – и оказался не готов… С досады я чуть было не задул свечу, решив: коли так, буду спать, и все тут! Теперь я жалею, что не поддался минутному порыву.
Исследователь психических явлений прервал рассказ и тяжко вздохнул. Затем достал из кармана большой блокнот и тусклым голосом продолжил:
– Здесь у меня все записано, и в тех местах доклада, где важно воспроизвести подлинные слова, я предпочел бы зачитать соответствующую документальную запись, а не довольствоваться приблизительным пересказом. Но прежде нужно дать вам некоторое представление о форме, которая постепенно материализовалась… о той форме, какой я увидел ее тогда.
Итак, мало-помалу передо мной возникло подобие человечка, на вид чрезвычайно нелепого: живот барабаном и смехотворно тонкие ручки и ножки. Глаза у него были непропорционально большие и совершенно круглые, а взгляд озорной и одновременно какой-то несчастный. Огромные уши торчали под прямым углом к голове. Остальные черты его внешности можно охарактеризовать как крайне неопределенные. Одет он был на манер средневекового пажа.
(Все услышали, как профессор пробормотал: «Типичный гоблин». В дальнейшем он воздерживался от комментариев.)
– Человечек уселся, положив ногу на ногу, на тонкой поперечине в ногах кровати и, судя по всему, без труда удерживал равновесие, пока я делал пометки в своем блокноте. Через пару минут я решил обратиться к нему с вопросом:
«У вас послание для меня? Если не можете ответить, постучите. Один стук – „нет“, три стука – „да“. Затем попробуем освоить алфавит».
К моему несказанному удивлению, дух умел говорить по-человечески. Сперва его голосок звучал слабо, с сипотцой, но вскоре окреп и стал звонче.
«Я превосходно слышу вас, – откликнулся он. – Прошу, сохраняйте спокойствие. Вам выпал редкий шанс, так не упустите его».
Последующий диалог я прочту по своим запискам.
Зачитав всего две реплики, исследователь оторвался от блокнота и, недовольно хмурясь, произнес:
