Уже через полчаса Котин, Шубин, Васильчук, три его командира и старшина Яценюк собрались возле землянки, где находился штаб партизан. Остальные разведчики отправились к озеру, поближе к бане, которая, как им обещали, скоро будет готова.
На грубо сколоченном столе разложили карту, которую принесли с собой разведчики, и Глеб первым делом показал партизанам, где сейчас находятся позиции советских войск. Васильчук в свою очередь отметил на ней место своего лагеря и, что было особенно важно, указал, где сейчас находятся некоторые позиции 14-й добровольческой пехотной дивизии СС «Галичина». При этом заметил, что в районе города Броды стоят и другие дивизии, но его разведка пока не смогла до них добраться и узнать подробности.
– Надеюсь, что наши летчики смогли много чего выяснить на этом направлении, – ответил на его слова Шубин и похлопал ладонью по планшету, который висел у него через плечо. Он все-таки забрал планшет с документами у лежавшего тогда еще в беспамятстве Берестова. – Сейчас наша задача – скорректировать действия и установить связь между вашим отрядом и нашими войсками. Вы говорили что-то о мосте, к которому посылали людей на разведку. Что это за мост?
– Это железнодорожный мост на Броды. Он находится вот тут, – указал Васильчук место нахождения моста на карте. – Насколько мне известно, именно через него проходит большая часть поездов с оружием и техникой для фрицев. Мы попробовали бы его взорвать, но у нас закончилась взрывчатка, а мост довольно крепкой конструкции. Но мы что-нибудь придумаем.
Шубин немного поразмыслил и предложил:
– Если бы с нами пошли несколько человек из вашего отряда, то обратно они бы вернулись с взрывчаткой. А пока они ходили бы туда-сюда, вы могли бы послать к мосту разведывательную группу – уточнить пути подхода и какими силами этот мост охраняется.
– Так и поступим, – сразу же принял решение Васильчук. – Клименко, выдели четверых, нет, лучше шестерых людей, которые пойдут с разведкой, а ты, Цвях, снарядишь своих ребят в сторону моста. По времени – чтобы дойти туда и обратно – это будет примерно одинаково, – добавил он, прикидывая расстояние по карте.
– Главное сейчас – как можно быстрее вывести мост из строя. Наступление не за горами, и надо помешать немцам, чтобы они не могли перебрасывать на позиции дополнительные силы и технику, – заметил Котин.
– Теперь, когда у нас будет свой радист, – Васильчук посмотрел на Миколу, – мы сможем легко координировать наши действия и с другими партизанскими отрядами, которые находятся в районе наступательной операции наших войск. Есть такие отряды?
– Да, я думаю, что вам в свое время сообщат все необходимые сведения. А у вас что, нет никаких связей с другими отрядами? – на всякий случай спросил Глеб.
– Была у нас связь, но только с одним небольшим отрядом, – ответил Васильчук. – Их лагерь – чуть севернее от нас, ближе к Радивилову. Вот тут, – показал он на карте примерное место соседнего партизанского отряда. – Когда мы только наладили с ними связь, то предлагали им присоединиться к нашему отряду. Но их командир – Агей Рымарюк, не захотел. Давно мы уже о них ничего не слышали, – добавил он.
– Надо бы отправить к ним людей, – Шубин почесал на щеке трехдневную щетину. – Было бы хорошо объяснить им ситуацию и объединить два ваших отряда.
– Отправим, – согласно кивнул Васильчук. – Отчего бы не отправить? Только вот согласятся ли они на объединение? Тут дело такое. Этот Рымарюк когда-то был в области каким-то там партийным активистом и весьма уважаемым человеком…
– Ну так и хорошо, – перебил его Котин. – Раз он по линии партии, то…
– Вы не дослушали, – недовольно посмотрел на него Васильчук, и Котин, смутившись, извинился.
– Партийный-то он партийный, но вот идеология у него была все равно как у куркуля. Колхозов он не признавал и ратовал за развитие частного хозяйства и за то, чтобы все земли оставались в руках у селян. Говорил, что украинская земля должна принадлежать народу, который живет на ней, то есть – одним только украинцам. В общем, он хотя и партийный был, но закваска у него совсем не партийная. Формально он был не против советской власти, но как там думает на самом деле – кто его знает? Он вообще для меня личность темная. Нет, не согласится он с нами объединяться.
– Все равно попробуйте послать к нему людей для переговоров. Возможно, если он узнает, что готовится большое наступление, то переменит свое мнение и согласится. Ну а если нет… Тогда будем решать, что с ним и с его отрядом дальше делать. Вернее, решать уже будем не мы и не вы, а наше военное руководство, – уточнил Шубин.
– Спивак, – обратился Васильчук к угрюмому на вид бородачу, – у тебя, ты говорил, в отряде Агея кум воюет.
– Степан Буруля, – кивнул тот.
– Возьмешь с собой двух толковых да расторопных ребят, и пойдете до рымарюкского отряда. Попробуете их убедить хотя бы связь с нами держать, если они наотрез откажутся объединяться.
– Попробуем, – коротко ответил угрюмый Спивак.
Обсудили разведчики с партизанами и некоторые другие вопросы. Например, как помочь им с оружием и боеприпасами.
