Стоило Амелии ступить с саней, как она тут же провалилась в сугроб по колено. Растерянно глядя на увязшие ноги, она пыталась придумать, как быть. Амелия позвала Огниво, но тот, едва ступив на неутоптанный след от саней, не стал рисковать — отошел на безопасную твердую дорогу и осуждающе заржал, давая понять, что не намерен идти к ним на помощь.
Небо заволокли густые облака, отчего ночь была темнее обычного. Улицы еле освещались масляными фонарями, но Александру и Амелии было все равно. Они шли, держась за руки и делясь друг с другом самым сокровенным, напрочь позабыв и о несчастном извозчике, и о том, что чудные сани остались лежать в овраге. Огниво, стоило им добраться — к счастью, поводья остались на месте — до двора Аделаиды, вовсе скрылся в неизвестном направлении, растворившись во тьме. А снег, налипший на одежду, никак не осып
— Я все равно считаю, что произошло чудо!
— И ничего не чудо! — надулась Амелия. — Я же говорила, что знаю, что делаю!
Отсмеявшись, Александр запрокинул голову, изучая звездное небо.
— Почему ты живешь в доме Аделаиды? — спросил он тихо, вновь посмотрев на спутницу.
— Так ведь не всегда было, — буднично заметила Амелия. — Мы жили недалеко. — Указав на едва различимый маленький дом в стороне, она добавила: — Вон там. Моя семья, в смысле. У меня были мама и папа.
Александр молча слушал, не отпуская ее руку.
— А потом пришел кочевой народ. — Она умолкла, собираясь с силами. — Мама помогла мне вылезти из окна. Она плакала и велела бежать куда угодно, но сама не успела спастись. Я пряталась в сарае. Когда крики прекратились, я вернулась домой. Их уже не было.
— Ты говоришь о кукфатиха? Они дважды нападали?
— Да. Это произошло, когда они явились во второй раз. Первый не помню, была совсем маленькая. Ты знаешь их?
— Старые счеты… А что случилось с твоими родителями? Их… убили? — тихо спросил Александр, крепче сжав руку спутницы.
— Не знаю. Никто не знает, что с ними стало. — Амелия поджала губы. — А потом Аделаида заметила, что Ана таскает еду из дома. Все поняла и забрала меня к себе. — Она вымученно улыбнулась.
— А как ты думаешь, что с ними сейчас?
— Я думаю, они мертвы. — Теперь в горле Амелии встал ком, из-за которого было тяжело говорить, а на глаза навернулись слезы.
— Впервые за триста лет… И оба нападения на твоем веку. Как много тебе пришлось пережить…
— Что было, то прошло, — улыбнулась Амелия.
Их лица оказались в опасной близости. Так близко, что они чувствовали дыхание друг друга на своей коже. Александр, глубоко вздохнув, отстранился первый.
— Нам не стоит, — отрезал он. — Ты слишком юна.
— Да ну? — отозвалась та со смешком. — В моем возрасте уже многие выходят замуж и рожают детей.
Александр растерялся в поисках подходящего возражения, и молчание затянулось.
— А какой историей поделишься ты?
— Смотря что тебе интересно.
— Ты был влюблен?
— Однажды. Да. — Его взгляд стал отсутствующим, словно он пытался вспомнить что-то из прошлого, но что-то внутри отчаянно этому противилось.
— И что случилось?
Амелии всегда нравились любовные истории, в особенности те, которые хорошо заканчивались. И пусть она понимала, что в этом случае все будет несколько иначе, любопытство взяло верх.
— Я сделал кое-что. — Он помолчал, подбирая слова. — Я думал, что помогаю, но разрушил ее жизнь.
— Что же такого ты сделал? — с опаской спросила Амелия.
— Преподнес подарок, который разрушил ее семью. — Он не отрывал глаз от какой-то точки вдали, сжимая руку спутницы едва ли не до хруста.
— Александр, мне больно! — воскликнула она.
Ее голос мгновенно вернул его в настоящее из мира сожалений и скорби. Александр посмотрел на Амелию так, словно не ожидал ее увидеть. Спустя мгновение он вновь обрел способность моргать, чуть позднее вернулось дыхание, а уже после он сам вспомнил, где находится.
— Слушай, это очень темная история, которую я бы не хотел вспоминать. С тех пор прошло много времени. Я не тот, кем был раньше. — Юноша внимательно посмотрел ей в глаза. — Прости меня.
— Не хочешь — как хочешь, — Амелия пожала плечами. — Ты вовсе не обязан рассказывать мне все, — улыбнулась она.
В ответ Александр прижал деву к себе и крепко обнял. Они стояли так еще некоторое время, вдыхая запахи друг друга и грея своим теплом. Он вновь отстранился первым. Взглянул в глаза Амелии и, немного помедлив, поцеловал ее в щеку.
Внутри нее все перевернулось, в животе запорхали бабочки. Сердце просилось наружу, а лицо озарила блаженная улыбка.
В таком состоянии она добралась до дома и, едва войдя в коридор, бросилась к себе, пока ее никто не заметил.
Добежав до комнат, она с удивлением обнаружила в своей постели мирно посапывающую Анастасию. Не желая будить подругу, Амелия тихо скинула уличную одежду и, оставшись в одной рубахе, легла рядом. Мысленно она снова и снова разглядывала дивные глаза Александра, слышала его голос, а потому сон к ней не шел.
