Да, монстров. И Тед был одним из них. Причем одним из самых опасных. Давным-давно, когда он был еще человеком, он с родителями прибыл в Америку из далекой Англии. Тогда мама называла его Тедди, а отец важно Теодор. В те далекие юношеские годы ему нравилась эта новая земля. «Как странно, – думал Тедди, – люди за столь короткую жизнь забывают, как были маленькими, а я, не в пример старый, помню почти каждый день». Не то чтобы он жил ностальгией, нет – он просто помнил. Помнил новые запахи, новые виды, все тогда новое для него. Помнил свои восторги, помнил свое тяжелое, но счастливое детство. Он помнил, как дружил с соседской девочкой, помнил, как мило она пела и как покорно слушалась родителей. Он помнил, что такое первая любовь, он знал, что такое первая любовь. Тед женился на той девочке, а со временем у них родилось четверо детей. Самый старший утонул в речке, когда ему не было и двух лет. Жена недоглядела – но чего винить ее? Убивалась в трудах и заботах она гораздо сильнее него. Но не показывала этого. Такие уж были они в те времена. Они сами были как те времена: суровые, неприхотливые, но верные. Его отец не увидел внуков. Мать прожила на пять лет больше, но и она не успела увидеть последнего. Жизнь тогда была короче и стоила меньше, но была более настоящей, более осязаемой. Никаких иллюзий, только реальность, какой бы печальной она ни была.
Когда его второму ребенку, дочке, исполнилось восемнадцать, настал последний день их жизни. Последний день той старой жизни. На их празднество забрело странное животное. Оно не боялось огня, не испугалось и залпов Теда из ружья, но вроде бы отошло. Тед успокоил себя. Он знал, что все напрасно. Он знал, что не просто так пес забился в конуру и боится выходить. Пусть зверь и не ушел, но себя он успокоил. Он, любящий отец, не хотел портить праздник, не хотел позволять пустым страхам брать над собой верх. Тед зашел внутрь, родные облегченно выдохнули и стали праздновать. Тед присоединился, но ружье не убрал. Хотя оно и не помогло.
Через несколько секунд в их дом ворвался зверь, которого он не видел никогда прежде. Выстрел в упор ничего не дал. Быстрый удар разорвал грудь и отбросил Теда в сторону, после чего тот потерял сознание.
Придя в себя, он увидел лицо старого индейского шамана. Тот отчаянно пытался спасти ему жизнь. И спас. А после рассказал историю о безжалостном Звере, который вернулся спустя много столетий. Индеец рассказал, что человеку убить его нельзя, но сейчас Тед уже не человек – шаман чувствовал в нем кровь Зверя.
Конечно, Тед ничего не понимал – тогда он был в худшем положении, нежели Эмми. Ему помогли вампиры. На самом деле это вампиры спугнули ту тварь и принесли его к шаману, а сами спрятались до следующей ночи. Они были из Франции и охотились на Зверя, который оказался всего-навсего обычным колонистом, положившим глаз на дочку Теда. Вампиры спасли его и помогли отомстить. Та тварь убила их сестру, и они впервые за долгие годы жизни ощутили, как их сердца тяжело бьются. Жан и Жак рассказали ему все, что знали об оборотнях, они были с ним, когда он вернулся домой, когда нашел тела жены и сыновей, когда понял, что тела дочки нет.
Тед своими руками похоронил прежнюю жизнь, но, вопреки всему, не стал клясться на могиле о расплате. Он просто сжал зубы и встал с мыслью о мести. Однако он не знал, как отомстить. Жан и Жак великодушно предложили свою помощь, но предупредили: им нужна будет сила Теда, сила Зверя. Тед молчаливо кивнул, понимая, что на самом деле у него нет выбора.
Первый раз он обратился в новолуние, но Жак объяснил, что вскоре он сможет обращаться в любое время и не будет сдержан луной. Для этого нужно время, чтобы его тело привыкло к силе внутри. Оборотень – это не зверь внутри, как думают многие, это ты настоящий. Не все оборотни храбрые, кровожадные или безумные. Если в душе человек – трус, то он и обратившись станет трусом. Нет никакого единения двух начал, двух душ, двух личностей; это все романтическая выдумка. Есть только одна душа, воплощающая все темные и светлые стороны. И внутри Теда горела жажда мести.
На третью полную луну они нашли тварь. Это и был их план: в полнолуние оборотень чувствует себя особо бесстрашным и не пытается скрываться. Тед был готов. Он хорошо чуял Зверя, а после того как обратился, стал чувствовать его присутствие всей кожей. Жан и Жак ожидали в засаде с огромными стальными гарпунами. Такие использовали для ловли акул и китов, но французы заверили, что акулы гораздо более приятная добыча, нежели оборотень. Тед улыбнулся. Да, тогда они выглядели как китобои. А тварь была их Моби Диком, потому что даже шерсть была серебристого оттенка, а сам он – непредсказуем, как тот огромный белый кит. Та ночь стала последней в его «плавании».
