Когда отряд скрылся из виду, и поодаль остался только Фенг, Кианг Лей вернулся к обозам. Взгляд его выхватил выступающий с обоза ящик с огненным копьем хо цян. Вот уж вправду подходящий момент, чтобы напоследок испробовать его. Он сконструировал всего три таких копья. Хо цян нельзя было создать в походных условиях. Нужен был хороший мастер по дереву, шлифовальщик, который выскоблил бы трубу изнутри, исключив трение, кузнец, для вытачивания тонких металлические прокладок, чтобы не выгорал бамбук. С такими мастерами встречался он в последний раз на границе княжеств Хэси и Ся.
Кианг Лей отложил горящий факел, вынул трубу из ящика и отошел от составленных обозов шагов на десять. Тяжелое получилось копье. С таким не побегаешь во время боя.
— Вэнь Лей! — услышал он сзади голос.
Он обернулся и совсем рядом увидел Цзуг Дэя. Тот стоял, расставив ноги, подпоясанный ножнами в облегченном кожаном боевом обмундировании, в которое обыкновенно облачался перед боем.
Чиновник воинственно сжимал рукояти кинжала и меча на поясе. Кианг Лей не видел, чтобы Цзуг Дей принимал участие в бою, он также не участвовал в муштре, хотя иногда упражнялся в фехтовании.
— Что ты задумал, Вэнь Лей? Уж не собираешься ли ты уничтожить принадлежащее императору Тоба Дао величайшее оружие империи? Не посчитал ли ты наивно, что я позволю тебе это сделать? — он медленным шагом двинулся на Кианг Лея. — Долго же тебе удавалось водить за нос меня и Яозу.
Кианг Лей растерялся, но только на короткое время. Ему вдруг пришло в голову, что алхимические записки и оружие представляют собой куда большую ценность, чем его, Куанг Лея, ненастоящая жизнь. Только это имело сейчас значение. Он бросил тяжелую бамбуковую трубу, подхватил факел и рванул к обозам.
Но не успел. Цзуг Дэй неожиданно быстрым движением метнулся ему наперерез и точным толчком отбросил на каменистую почву. Кианг Лей перекатился через плечо, не выпуская факела и вскочил на ноги. Он выхватил клинок, стальной, обоюдоострый, с узкой удобной рукоятью и гардой в виде раскрытой пасти змеи.
Цзуг Дэй тоже вынул меч. Его меч был длиннее, с гравировкой вдоль лезвия. Он умело рассек им воздух, выписав в воздухе двойную дугу.
У Кианг Лея билась только одна мысль, донести факел до промасленной холщевины. Он не желал воспринимать Цзуг Дея как противника, тот виделся ему лишь мелким препятствием на пути к главной цели. Невесть откуда мелькнул в мыслях старый совет, вычитанный в книгах по стратегии — нельзя недооценивать противника. Но он отринул его и, размахивая факелом и мечом, снова рванул к обозам.
Но Цзуг Дей имел противоположную цель. Быстрый и неожиданно сильный, он словно вырос на пути Кианг Лея; поставленный блок не смог отразить маха его меча. Факел полетел на землю и Кианг Лей почувствовал удар кулаком под ребра, под завязки доспеха. Потом снова вой меча, от которого Кианг Лей отстранился, и чувствительный удар ногой в пах. Потерявши дыхание Кианг Лей инстинктивно повернулся, лезвие незаметно выхваченного Цзуг Деем кинжала сверкнуло и чиркнуло по доспеху, разорвав плотный рукав мяньпао и глубоко порезав плечо.
Кианг Лей повалился, согнувшись пополам и инстинктивно отползая назад. Горло отказывалось принимать воздух, он чувствовал острую боль в области плавающих ребер, ткань на левом рукаве намокла и прилипла к плечу. И мысль, раскаленная мысль, что он нарушил базовое стратегическое правило, недооценил противника. Под личиной молчаливого подозрительного чиновника скрывался опытный мастер-фехтовальщик.
Цзуг Дей внимательно с прищуром смотрел на распростертого тяжело дышащего Кианг Лея. Потом двинулся на него.
— Прости, что разочаровал тебя в твоих фехтовальных навыках. Искусству поединка я обучался в шпионской школе при императорском дворе Тоба в Датонге. Я давно за тобой слежу…
— Я обучался искусству поединка на войне, под руководством генерала Кианг Лея! — раздался низкий гулкий голос.
Кианг Лей увидел приближающего большого Чжу Тао, вынимающего меч. Во второй руке великан сжимал круглый щит для ближнего боя "го усян", который обыкновенно носил за спиной.
— Это становится интересно, — выкрикнул Цзуг Дэй, отступая в сторону. — Знал бы ты как утомил меня, Чжу Тао, как мешал все эти месяцы, что представлен был я к Лею!
Кианг Лей только сейчас разглядел, что поодаль, у скалы, где ждал его верный Фенг с лошадьми, сейчас стояли только лошади. Фенг лежал неподвижный у их ног.
Они сошлись. Большой, кряжистый Чжу Тао, с которым прошел Кианг Лей всю войну. Один из сильнейших воинов, ударами своими дробящий и деревянные щиты, и руки, что их держали, и Цзуг Дэй, высокий и худой, гибкий и быстрый, как кошка.
