Дальше ехали молча. Джегг таращился строго перед собой, а Арг разрывался между дорогой и своим мрачным спутником. Секунд гадал, что же такое произошло в стенах Священной Миссии, если и без того не слишком склонный к оптимизму священник выглядит выбитым из колеи, но вопросы благоразумно держал при себе.
Слишком роскошный для этого района мобиль Арг оставил в глухой подворотне, и к бару они двинулись пешком. Заведение встретило гостей грудами мусора во внутреннем дворике и вырвиглазной вывеской. Прежде чем открыть дверь, легионер окинул критическим взглядом себя и подопечного. Сам он успел переодеться в нейтральную гражданскую одежду, достаточно просторную, чтоб блок бластера не торчал слишком вызывающе. С Джеггом дело обстояло хуже: не смотря на отсутствие знаков отличия и богатство инкрустации, его панцирный комбинезон однозначно наводил на мысли об армейском снаряжении.
«Ох, и огребём же мы сейчас!», — подумал секунд, но бесстрашно шагнул внутрь.
Бар не оправдал его ожиданий. Всё оказалось даже хуже: маленькое прокуренное помещение оказалось забито мордоворотами самого зверского вида. И все они как один обернулись к вошедшему.
— Закрыто на спецобслуживание, парень, — неприязненно процедил один из них.
— Этот со мной, — донеслось из-за спины, которой Арг до последнего пытался прикрывать худосочного и вопиюще неподходящего к обстановке священника.
Стоило отзвучать этой фразе, произнесённой бархатно-низким тембром, как эмоциональный настрой присутствующих разительно изменился: мордовороты заулыбались, как дети при виде трейлера с мороженым, а Арг будто и вовсе перестал для них существовать.
Лишь тот, кто заговорил первым, а теперь ударил предплечьем о предплечье Джегга в традиционном полевом приветствии, удостоил секунда насмешливым взглядом.
— Что, верхогляда приставили к тебе? Вот подонки! Зелёный же совсем!
— Я сам выбирал, — Джегг попытался пожать плечами, но жёсткий панцирь этому воспрепятствовал.
Мордоворот собрался было что-то ответить, но лишь махнул рукой и сгрёб священника в охапку с рыком: «Проповедник! Как же ты, падла, выжил?»
Пока Арг соображал, расценивать ли это как акт агрессии, или, напротив, крайнего расположения, Джегг вяло улыбнулся и уточнил:
— Ты какой эпизод имеешь в виду?
— Вообще, — не очень понятно отозвался его собеседник, но тут к Джеггу стали подходить остальные посетители бара, хлопали по плечам, радостно хвалили причёску и “шмот”, даже попытались качать на руках, но этому священник решительно воспротивился.
Мало-помалу его тяжёлое настроение рассеивалось, улыбка священника из горько-саркастичной сделалась мягкой и приветливой. Джегг непринуждённо стал центром общей беседы, коротко, но ёмко рассказал присутствующим о своём изгнании с Бхара и об эпизоде на Эйнхерии. Мордовороты поддерживали повествование ободряющими шутками, но ощутимо мрачнели сами — новости их явно не радовали.
Тем временем секунд немного огляделся и, к своему удивлению, стал находить среди мордоворотов знакомые лица. Вот манипул принципов, нещадно гонявший его ещё в статусе курсанта по полосе препятствий. Вот трибун, женатый на белой священнице Изалии. Триаду Арга откомандировали для охраны этой семьи в прошлом сезоне, летали на фешенебелный курорт Малого Пса.
Одеты посетители бара были удивительно похоже: в том же условно штатском свободном стиле, что и сам секунд. Даже ткань одинаковая у всех, только цвета разнятся, да и то не сильно, Арг всего пять вариаций насчитал.
Джегга между тем уже потащили к барной стойке.
— «Знойную красотку» налей ему, — зычно приказал заводила, которого Джегг называл Фархом, а Арг уже идентифицировал как центуриона Легиона. — И золотых лепестков тарелку. За мой счёт.
Священник присел на высокий барный стул вполоборота к залу. И окинул Фарха ироническим взглядом.
— Опять ставки принимал?
— Тебе что, жалко? — расхохотался тот.
— Нет. Но ты же знаешь, если мне не понравится, я не стану пить.
Легионер весело скалился и согласно кивал.
— Всё путём. И никакого алкоголя, я помню.
Когда принесли заказ, Арг наклонился к Джеггу, и произнёс тихо (но недостаточно тихо, чтоб не расслышал стоявший поблизости Фарх):
— Это розыгрыш. Напиток и блюдо настолько острые, что их невозможно есть. Я вам и пробовать не советую: тут одним соусом можно слизистую спалить. Их специально готовят, чтобы…
— Расслабься, Арг, — Джегг взял фарфоровую чашечку и поднёс к носу, неторопливо вдыхая аромат. — Эта вечеринка в мою честь. Может, тут кого и разыгрывают, но точно не меня.
— Молодой, спорим на тысячу кредитов, он даже не поморщится? — Фарх так задорно подмигнул секунду, что тот невольно отступил за спину священника.
— Я…
— Не приставай к нему, — вступился Джегг, делая первый глоток, — мальчик на службе.
Арг мысленно возмутился уничижительным обращением, но так же про себя отметил, что все присутствующие в самом деле заметно старше него. Кажется, в захолустном баре неблагополучного района собрался высший командный состав Легиона. И чествуют священника, которого в процессе общения именуют не иначе как Проповедником. Интере-е-есно!
