Все произошло стремительно и страстно, они едва преодолели несколько метров, отделяющие открытую кухню от гостиной, которая так удачно подвернулась им мягким диваном. Позже хватило сил подняться в спальню. Кофе они тем вечером так и не попили, чаю тоже.
Ася отдавалась Марку бесхитростно и, на первый взгляд, безыскусно, не было в ней позы и жеманства. Особенного опыта тоже не было – это чувствовалось, но его отсутствие с лихвой компенсировала природная страсть, нежность и неуемное желание. «Как же давно я этого хотела!» – выдохнула она после первого их поцелуя, и он утонул в ее губах, руках, волосах, утонул во всей, отдававшейся ему без остатка и так же жадно принимающей его. Всего его, каким есть, безусловно.
Утро застало их разметанной постелью и множеством пропущенных звонков. Большая часть того множества была сосредоточена в телефоне Марка, в основном по работе и два от сестры, у Аси пропущенных было лишь пять, один от дочки и четыре от Софы. Не сговариваясь, оба стали перезванивать ей, но абонент был не в зоне. Спешный душ, звонок помощнице с просьбой выгулять Барака, прыжок в «субару», и через двадцать пять минут они уже стояли перед Софиной дверью с ключами наголо. «Хм, между прочим, сестра звонила Аське в два раза больше, чем мне!» – ревниво отметил про себя Марк и открыл дверь.
Дома у сестры тем временем хлопотали врачи скорой. Оказалось, утром Софа потеряла сознание и упала прямо в своей спальне, едва встав с кровати и сделав пару шагов. Как это получилось, она не понимала – вдруг закружилась голова, и сразу острая боль в локте. «Нет, не перелом, врачи говорят, что пусть сильный, но всего лишь ушиб. Нет, головой не ударилась, шейку бедра не сломала, и вообще зря я вас беспокоила, просто испугалась поначалу. Вас. Вас? Вас!»
Бригада медиков уже уходила, на ходу давая провожающей их Асе кучу рекомендаций, Софа же снова промокла глазами, усадила брата рядом с собой и вцепилась двумя руками в одну его правую, то сжимая, то гладя ее.
– Она как родная мне, понимаешь? Нет у меня ближе! Сирота к тому же – родители ее давно умерли. И муж тот еще поц оказался, только дочка у нее. Славная девчонка, Аська сама ее вырастила. Они обе хорошие. Ты не обижай ее, пожалуйста, слышишь? Как родную мне не обижай, как сироту не обижай и как мать моих будущих племянников, тьфу-тьфу-тьфу…
– Соф, сто раз просил за это «тьфу-тьфу-тьфу», ты перекрестись еще! Откуда в тебе столько суеверий, где ты такое видела? Точно не в доме наших родителей. И остальное все тоже глупости, никто никого не обижает и намерений никаких не имеет. Уж не знаю, что ты там себе подумала… Кстати, про дом родителей – вдруг знаешь имя родителей рэб Арона?
– Твоего рэб Арона?
– Да!
– Ой, кто ж теперь вспомнит! А зачем тебе?
– Хочу одну штуку сделать, ради его памяти, рав посоветовал. Ты же знаешь, как рэб Арон был для меня важен.
– Помню, как ты убивался, когда он умер. Аж слег, соседки шептались «малахольный», а момэ молилась с утра до вечера. Я до того дня ни разу не видела, чтоб она молилась, а тут от кровати твоей не отходила и все бубнила. Поищу тебе имена Ароновых родителей, есть у меня одна идея. Но и ты мою просьбу помни – Асеньку мне не обижай!
Оба глянули на Асю – стоя на Софиной кухне, та говорила по телефону, она выглядела встревоженной, разговор был на иврите.
– Все в порядке? – спросил Марк, едва та закончила разговор.
– Да-да, в порядке.
– Рассказывай! – потребовала Софа, и Ася рассказала, что на базе, где служит дочка, произошло нечто, о чем та и маме не рассказала, и вроде все живы-здоровы, но ближайшие две недели домой их не отпустят, поэтому она, Ася, очень извиняется, что вынуждена их покинуть, но сейчас ей нужно домой, собрать вещи для девочки, снеди какой прикупить, знала бы заранее – приготовила бы, но уже не успеет, надо поскорее выезжать к дочке, чтобы успеть застать ее на базе и передать вещи, пока их не вывезли на военную операцию.
Когда они спустились на улицу, Марк достал мобильник, позвонил в офис, предупредил, что его сегодня не будет, отдал ценные указания, сел в машину, жестом приглашая и Асю, но, к его изумлению, та категорически отказалась.
– Я отвезу тебя в магазин, а потом на базу к твоей дочке!
– Не надо, я вполне справляюсь сама. И вообще, Марк, я бы не хотела ничего менять, я не готова к этому пока и не знаю, буду ли когда-нибудь. К тому же мне несколько неудобно перед тобой, я как бы использовала тебя…
– В чем это? Я же сам предложил подвезти и руль сам дал.
– О нет, за рулем скорее ты использовал меня как водилу, а вожу я хорошо, знаю. Папа в детстве учил, он о сыне мечтал, получил меня, но я пацанкой росла, так что на рыбалку, по грибы, в гараж – все вместе. А потом он даже договорился с мужиками из нашего автоклуба, при ДОСААФ у нас был, так там меня вообще каскадеры учили. То, что ты вчера видел – это так, пробник, процентов десять от того, что я умею.
