Я пробежала глазами текст, в котором Илья достаточно чётко изложил ситуацию: он наказан, общаться с ней в ближайший месяц не сможет, его мама, то бишь я, по возможности свяжется с ней и предложит вариант проживания в благотворительном центре, условия там жёсткие, но это единственная возможность не попасть в детский дом, поэтому он надеется, что она согласится. Больше ничем он ей к сожалению помочь не может, но надеется, что всё закончится благополучно. В конце стояло слово: «Держись!». Умный все-таки мальчишка Илья. Вот любое другое слово наверняка вызвало неприятие и у босса, и у меня, а так мы без каких-либо возражений отправили сообщение его подруге, после чего босс вновь забрал телефон у сына и отключил его.
После этого Илья подошёл ко мне, осторожно взял за руку и тихо проговорил:
– Я очень тебе благодарен. Прости меня, пожалуйста, я был неправ. Я постараюсь больше так себя не вести.
– Илюш, я спросить могу?
– Конечно, – кивнул он.
– Скажи мне, только по-честному. Почему когда обижался и ругался со мной всё равно мамой продолжил называть? Ведь логично было сразу изменить обращение. А ты не стал почему-то.
– Понимаешь, если честно, мам, то целью моих слов было не выгнать тебя и не оскорбить, а заставить почувствовать, что я отношусь к Полине, как папа к тебе. Злые слова это была попытка твои претензии к ней с усилением на тебя развернуть. При этом мне казалось я её этим защищаю и выводы делаю, исходя из твоих слов. Но это не было причиной в моём восприятии перестать тебя мамой считать. Мне наоборот хотелось, чтобы ты ею осталась и оправдываться начала, и я бы сказал, что вот видишь, и она такая же, и упрекать её не стоит. Короче, это была глупая попытка сделать больно в ответ на твой нелицеприятный отзыв о ней, воспользовавшись при этом мнением бабушки. Кстати, если бы мамой тебя не считал, то вряд ли бы столь нагло с тобой разговаривал. С чужими я всё-таки более культурно себя веду. Ты нам с Колей правда уже родной как-то стала. Вот я и распустился. На Кольку тогда ругался, а сам в общем-то не лучше поступил. Но мне казалось, я хорошее дело делаю. Что Полина лишь из-за её статуса вам всем не нравится, вы не хотите в душу её заглянуть. И злился больше всех на тебя за это, потому что уверен был, ты-то точно поможешь. Поэтому вот так. Извини меня ещё раз. Я конечно же очень виноват.
Я потрепала его по волосам, потом прижала к себе и поцеловала в макушку, Илья мне очень нравился тем, что парень умеет по-взрослому анализировать ситуацию, и старается разобраться и в ситуации, и в чувствах. Именно из-за этого я стремилась дать ему возможность самому решить наш конфликт. Но оказалось силовое вмешательство всё же подействовало лучше. Вот как в анекдоте про дикий запад получилось: вежливость и кольт гораздо эффективнее, чем просто вежливость.
Он прижался ко мне сильнее, сам обнял меня и неожиданно навзрыд расплакался.
– Илюш, ты что? Я простила. Папа тоже постарается тебя простить. Полине дам шанс в детский дом не попасть. Всё хорошо. Что ты плачешь? – ободряюще гладя его по спине, начала спрашивать я.
– Понимаешь, мам, – сквозь слёзы выдохнул он, – я сейчас говорил тебе, и будто со стороны увидел, как это выглядело. Мамой называю и одновременно оскорбляю и пытаюсь унизить. Я не хотел так, вот честно не хотел. Я злился и на эмоциях всё это говорил. Мне стыдно. Скажи папе, пусть как-нибудь ещё накажет.
– Зачем, если ты и так всё понял? Всё хорошо, мой хороший. Мы нашли взаимопонимание, и теперь всё будет хорошо. Не плач, – говоря это я взглянула на босса и увидела его презрительную гримасу.
Незаметно для Ильи сделала жест, показывающий боссу, что разругаться с ним готова, если выражение лица не поменяет. Он тяжело вздохнул и принял вид холодного безразличия. Уже что-то. Через пару минут Илья успокоился, и босс отправил его домой.
Когда мальчишка ушёл, я подошла вплотную к боссу и заглянула в глаза:
– Вот что ты злишься? Это процесс становления, поиска себя и своего места в этом мире, он никогда не проходит гладко. Главное результат, а не то каким процесс был. Ты что ли агнцем покладистым в подростковом возрасте был? Наверняка ведь не был. И кстати, сейчас им тоже не являешься. Поэтому заканчивай психовать. Всё хорошо.
– Кого я вырастил? Вот кого я вырастил?! Ужас…
– Хороших ребят ты вырастил. Прекращай самоедством заниматься. Он благую цель преследовал: помочь в беде. Делал, конечно, это криво и глупо, и объект заботы нашёл не слишком привлекательный, но так сложилось. Это нужный всем нам опыт. Делаем выводы и переворачиваем страницу.
– Как у тебя всё просто, – поморщился босс.
