– Нет. Не стану я с ним разговаривать на эту тему. Парень имеет право учиться там, где ему легче и комфортнее. Если бы это был закидон директора, заставляющего проходить комиссию, я бы вмешалась. А раз инициатива Оксаны, которую ты поддержал, разруливайте сами. Подтвердите диагнозы Игорю, это будет на вашей совести, не подтвердите на вашей же совести будет то, что дополнительно нагрузите его психику, и он может сорваться. Флаг в руки, как всё решите, так всё и будет. Я не при делах.
– Алин, мы всё же семья. Как ты можешь быть не при делах?
Если до этой фразы я разговаривала с мужем спокойным и даже немного отстранённым тоном, то на этой фразе меня сорвало. Я вскочила, отставив свой бокал на стоящий рядом журнальный столик, и начала орать:
– А как ты можешь, считая меня своей семьёй, пойти решать с директором вопрос об Игоре, не уведомив меня?! Как ты можешь даже не интересоваться моими делами и моим самочувствием? Тебе плевать, где я была и что происходит! Что у Вити инфаркт, и я вытаскивала его с того света и только вернулась, что меня трясёт, и у меня ночами панические атаки, когда я одна. Что у Ольги были сложности с родами, и мне пришлось и в это вмешиваться. Что я вообще еле на ногах стою после всего этого. Но это тебя не интересует, хотя мы по твоим словам семья! Всё это в понятие семейных проблем, видимо, не входит. Я нужна тебе исключительно для того, чтобы помогать тебе исправлять тобой же допущенные косяки! Тобой, твоими родственниками и твоей любовницей! У тебя совесть есть в конце концов?! Уж если ты мне ни в чём не помогаешь, хотя бы избавить меня от разгребания твоих косяков ты можешь?! Или хотя бы советоваться, советоваться перед тем как что-то сделать! Если своих мозгов нет, чтобы последствия своих поступков просчитать, то посоветуйся сначала! А не приходи тогда, когда накосячил выше крыши! Семья мы видите ли, и я обязана этим заниматься! Эгоист чёртов! Безмозглый эгоист!
– Алина, Алина, подожди, – Димка подскочил ко мне, схватил за плечи, – давай спокойно и по порядку. У Виктора Владимировича был инфаркт? Я могу что-то сделать или как-то помочь?
– Нормально уже всё. Отстань, – я раздражённо попыталась отстраниться.
– Алиночка, родная, – не выпуская меня из объятий, сбивчиво заговорил он, – ну почему же ты не сказала? Я не телепат. Я не умею определять есть у тебя проблемы или нет тогда, когда ты о них не говоришь. Я старался не лезть к тебе, поскольку хоть какой-то мой контроль тебя злит, я старался не досаждать тебе в надежде, что если вдруг тебе будет нужна моя помощь, ты попросишь. Так же как я прошу. Попросишь, и я всё сделаю. Вот что сейчас сделать? Честно, что угодно сделаю. У тебя панические атаки и с тобой ночевать надо? Я буду. Буду сидеть рядом и держать за руку, и никакая любовница мне не нужна. Я прекращу с Оксаной все отношения, если тебя это напрягает. С Игорем тоже всё будет так, как скажешь. Хочешь, пойду к директору и попрошу отозвать это предписание? Дам взятку в конце концов и попрошу всё вернуть к прежнему раскладу. Только не нервничай, пожалуйста. Я всё сделаю, как ты захочешь.
Я раздражённо скрипнула зубами и прикрыла глаза, стараясь обуздать бушующий внутри гнев. Слова мужа заставили меня осознать, что он абсолютно не заслужил высказанных мною претензий, и это разозлило ещё больше, и предложение его меня не порадовало. Поздно, не к месту, не тем тоном. Короче, всё было не так.
Я понимала, что причина не в нём, а во мне. Поэтому молчала, пытаясь унять внутреннее неприятие, чтобы не обидеть мужа ещё больше. Он ведь действительно старался, максимально старался подстроиться под все мои требования. А я как последняя тварь лишь искала повод высказать претензии и найти чем обосновать своё желание обособиться от него. Вот сейчас оскорбила, а он все оскорбления мимо ушей пропустил, вычленив главное: мне нужна помощь. А я вновь недовольна.
Через некоторое время мне удалось совладать с эмоциями, и я сама обняла мужа, уткнулась ему в плечо, тихо проговорив:
– Извини, Дим. Тяжёлый день был сегодня. Витю еле вытащила, при смерти был. Нанервничалась, да ещё то бессонница, то кошмары мучают, вот и сорвалась. Извини. Я не хотела тебя напрягать. Я слишком тебя люблю, чтобы этим всем грузить.
– Алиночка, – тут же зашептал он мне на ухо, – да что ж ты такое говоришь? Какая нагрузка? Я счастлив буду, если хоть чем-то помочь тебе смогу. Я вот всё-всё готов делать. Хочешь, постоянно здесь с тобой ночевать буду? Если бессонница у тебя, будем сидеть, о чём-то говорить, могу вслух тебе читать. А потом, когда засыпать начнёшь, на руках отнесу, уложу. Чтобы не разгулялась и заснула. Потом рядом сидеть могу, чтобы если кошмар, то я рядом. Или кнопку сделаем. Ты нажмёшь, и я сразу прибегу. Ты подумай, как тебе лучше будет, и я так и сделаю. Я наизнанку вывернуться готов, лишь бы ты довольна была. Вот любой твой каприз исполню, только скажи. И ещё я обещаю, обещаю тебе, что буду советоваться. Вот обо всём буду, не повториться больше такого, чтобы я сам без тебя что-то решил.
