– Вот она бы не отравилась. Она сама источник заразы, именно поэтому предложила в надежде, что нейтрализуют они друг друга.
– А Соня Димкина отравится?
– Соня? – озадаченно переспросила я. – Причём тут Соня?
– Если их свести, они отравят друг друга?
– Великолепное решение! Я снова должна вляпаться в очередную грязь, лишь бы ты героем себя всё же ощутил. Мне мало Игоря, Сони, безумной лошади и текущих проблем. Мне надо взять в центр депрессивного ребёнка, потерявшего цель в жизни, свести с бывшей алкоголичкой и начать разгребать кучу новых проблем. За что ты так со мной? Вот за что?! Только не говори свою коронную фразу: «это же ребёнок!». Не смей мне её говорить! Я вообще больше не хочу слышать ни о каких детях! Я устала и не хочу никаких проблем! – я повысила голос и в нервах начала кричать на босса, пытаясь при этом оттолкнуть его от себя.
В это время в вестибюль выбежали мальчишки и кинулись ко мне:
– Мама, что случилось? Почему ты так кричишь? Что с тобой? Мы можем чем-то помочь? Мамочка, не расстраивайся, пожалуйста. Пап, что с мамой? Она обиделась, что ты ей не рассказал? Она из-за этого расстроилась? – наперебой заговорили они, вклиниваясь между мной и боссом, обнимая и оттесняя меня в сторону.
– Ты расстроилась, что Влада девочку, которую под опеку взяла, привезти сюда хочет? Так у нас места много, и не против мы. Папа рассказал, что её родители погибли, и плачет она всё время. А мы ей Джесси покажем, и она полюбит её и перестанет плакать. Нашу Джесси нельзя не полюбить. А потом научим её змея запускать. Всё хорошо будет, мам. Ты не расстраивайся. И папа обязательно бы тебе всё сказал. Лишь чуточку позже.
Вот до чего хорошие пацаны у босса, я обнимала их, а сказать ничего не могла, в горле комок был. Да и что я могла сказать? Что никакая любовь и доброта против жизненных предопределений не действуют, и все их добрые порывы разобьются о чувство неудовлетворенности собственной судьбой этой маленькой девочки? И они превратятся в циников, презирающих собственную доброту как ненужное проявление слабости, которым лишь пользуются. Мне им это сказать? И вот тут у меня в голове родился прекрасный план. На который меня натолкнули предыдущие высказывания босса.
Он заметил это сразу. Не знаю, как он научился так чётко определять моё состояние. Возможно поза и выражение лица у меня меняются, когда решение я принимаю, и босс научился это считывать. Поэтому лукаво подмигнул мне, а вслух сказал:
– Ребят, вы молодцы, что маму успокоить решили и поддержать. Это здорово. Я вам благодарен. Но уже отпускайте её, она устала очень, именно поэтому неправильно восприняла всю ситуацию, обиделась на меня и ругается. Я ее сейчас домой отведу, она отдохнёт, и всё хорошо будет. Она подумала, что всё уже решено с Лизой, и с ней я не посоветовался, а по факту ничего не решено. Я с врачами ещё не говорил. Возможно, врачи будут возражать из санатория её отпускать. Мы лишь обсуждали возможные варианты, и я спрашивал мнения. Не более того. Поэтому не надо никаких фантазий, ни про Лизу с Джесси, ни про змеев. Рано пока. Пока идёт этап сбора информации. Как хоть что-то станет более понятным, соберёмся все вместе, и всё ещё раз обсудим. Хорошо?
Мальчишки согласились, и босс увёл меня в мой дом.
Там он усадил меня на диван в гостиной, сам сел рядом и заговорщицким шёпотом спросил:
– И что ты придумала?
– Значит так, сюда привозить этого ребёнка не вариант абсолютно. Ей нужны сложности, которые надо преодолевать, вот тогда попытается выжить и что-то сделать. В тепличных условиях, когда все будут прыгать вокруг, пытаясь помочь и поддержать, начнётся разложение её личности. Поэтому предлагаю действительно с Соней отправить в отдалённую деревню, где надо выживать. Вставать с петухами, следить за живностью, окучивать грядки, носить воду из колодца. И помогать друг другу. Рассказать, что Соня подруга её мамы и перед той поездкой её мама написала Соне письмо с просьбой присмотреть за дочерью, она мол, уезжает в путешествие. Соня только сейчас это письмо получила и решила исполнить волю покойной подруги. Переоформляем опеку на Соню и отправляем их обеих в хороший домик, но где-то в глуши. Вопрос с Соней улажу. Скажет всё как надо и вести себя так будет. Шанс, что сумеют при этом обе начать повышать свой потенциал, есть. А дальше на всё воля небес.
Не могу сказать, что боссу мой вариант очень понравился, но поскольку он почувствовал, что я готова разругаться с ним и убеждена, что это единственный вариант при котором у девочки получится хоть чего-то добиться в этой жизни, ему пришлось со мной согласиться.
***
На следующий день я рассказала о нашей задумке Димке, получила его одобрение, и мы поехали в «Терновник» разговаривать с Соней.
Я постаралась выстроить разговор в позитивном ключе. Похвалила её, сказала, что она делает успехи, а потом сообщила, что ей предстоит пройти ещё одно испытание: постараться спасти девочку, оставшуюся сиротой. Не сделает, и с девочкой что-то случится, она знает кто ею займётся и что с ней будет.
