– Какое счастье, что у меня другие дети. Очередной раз убеждаюсь, что Вселенная и Всевышний необычайно мудры и каждому даётся испытание по силам. Я не знаю, что бы делал с такой дочерью. Убивать бы точно не стал, поверь мне. Я вообще никого насильно не наказываю. Я же рассказал про старшего сына. Ты, наверное, сказала бы, что хочешь остаться там. И вот тут я был бы вынужден искать какие-то пути решения: пансионат, интернат или что-то типа того… Не знаю и думать не хочу. Надеюсь, Зарина снова родит обычного ребёнка, а не ведьму, как ты.
– Она беременна?
– Да. Семь месяцев уже.
– Сколько ты хочешь детей?
– Сколько Всевышний даст, все мои, – улыбнулся он.
– Действительно, почему не хотеть много детей, если из вложений лишь обслуга и субботние наказания, – поморщилась я.
– Как саркастически и зло сказала. Вот почему это тебя так цепляет?
– Потому что ты мне как человек очень нравишься кроме вот этого момента. Для меня отец был самым близким человеком, ближе матери даже. Мне страшно подумать, что он мог относиться ко мне так, как ты к своим детям. У меня муж похож в этом на моего отца, так же к дочери нашей относится, да и с сыном, несмотря на его проблемы постоянно возится, то мастерить учит, то змея запускать, то рассказывает и объясняет что-то. Ты же ни разу ни на одну прогулку детей не взял! Не объяснил как фотографировать, какие животные в лесу есть.
– Претензия понятна. Только, твоих детей я с тобой не видел тоже. Может всё дело в том, что кто-то любит с детьми возиться, а кто-то нет? Может не стоит человека, которому это не близко, заставлять это делать? Кстати к матери претензий обычно больше. Тебе муж их не предъявляет? Вот и моя жена мне их не предъявляет тоже. Интроверт я. Меня бесят детские крики, вопли и беготня. Меня нет, пусть бесятся, я пришёл, должна быть тишина и порядок. Мне кажется, ты в этом на меня похожа. И так болезненно реагируешь, потому что не можешь себе позволить то, что позволяю я, хотя внутренне тебе это очень хочется.
– Мне хочется бить детей?
– Нет, тебе наверняка хочется, чтобы они вели себя смирно, но заставить их это делать ты не можешь, не поддерживается это общественным мнением. Поэтому то, что я его обошёл, тебя злит. А сама ты предпочитаешь дистанцироваться. А я дистанцироваться не могу, поэтому и использую методы, которые не приветствуются.
Я хотела возразить, и тут в мозгу всплыла картинка моего общения с детьми в детском саду, и я чётко поняла, вот тогда я точно бы хотела чтобы их всех наказали, чтобы заставить вести себя тихо и никого не задирать. Я запихнула ту маленькую злую и обиженную девочку столь далеко, что и забыла о её чувствах.
– Неужели попал? – заинтересованно наблюдая за моей реакцией, поинтересовался Иварс.
– Ты заставил задуматься и вспомнить о детях, чьё поведение меня раздражало до крайности. И о том, что некоторым из них наказание точно бы пошло на пользу, потому что помогло бы исправить всю линию жизни. Но мораль и установка, что детей наказывать нельзя, и мысли, что поскольку не наказывали меня, то я бы хотела чтобы и других не наказывали, очень сильно довлеет над моим сознанием, нужно время. Я подумаю над всем тем, что ты говорил.
Мы попрощались с Иварсом, и я пошла домой.
Вечером я немного поразмышляла над словами Иварса, и поняла, занятия психологией не прошли для него даром. Он помогает мне разобраться с тем, что привыкла в себе не замечать, и я не стану прекращать общение, даже если для этого мне придётся закрыть глаза на его жестокие методы воспитания детей. Лучше я им всё равно не сделаю, скорее наврежу.
На следующий день, выгуляв Шамана с Джесси и отведя их по домам, я отправилась в гости к Иварсу.
Дом у Иварса был огромный и помпезный, вроде дома босса. Территория тоже большая и дополнительных строений много, включая детские площадки, тщательно расчищенные от снега.
Пришли мы в прогулочной одежде, я даже не озадачилась нарядом, под пуховиком были джинсы и тонкий кашемировый свитер. К моему удивлению жена Иварса встретила меня «при полном параде». Стройная, с большими выразительными глазами, умело оттенёнными косметикой, в элегантном длинном платье, немного скрадывающим беременность, с красиво уложенной причёской.
– Здравствуйте, Алина Викторовна, очень приятно познакомиться, Заира, – улыбаясь, проговорила она.
– Здравствуйте, Заира. Взаимно, – сняв пуховик, который моментально забрал у меня Иварс, я протянула ей руку.
Она улыбаясь, ответила на рукопожатие.
– И зачем так вырядилась? Сказал же, после прогулки зайдём, – немного раздражённо проговорил Иварс, передав нашу верхнюю одежду человеку, дежурившему в гардеробной при входе.
Кстати, гардеробщика даже у босса не было, мы как-то собственными силами обходились.
– Не поняла. Извините. Мне переодеться? Я быстро, – тут же проговорила Заира.
– Что теперь, теперь не надо. Лучше детей приведи, показать их хочу.
Кивнув, Заира моментально удалилась, и уже через пять минут передо мною выстроили нарядно одетых трёх мальчиков и девочку.
– Здравствуйте, Алина Викторовна, – хором проговорили дети.
