Антуан осыпал зверя стрелами, но тот как будто не чувствовал боли. Эвка мысленно выругалась: кем бы ни было это существо раньше, сейчас его подпитывает сила демона.
Оборотень устремил на Антуана взгляд желтых глаз и завыл; звук отразился от стен Разрушенной Церкви. Эльф попытался выстрелить, но следующий прыжок зверя сбил его с ног, впечатав в скамью.
Антуан выронил лук.
– Кто ты? – выкрикнула Эвка, пытаясь отвлечь оборотня.
Голоса зверя больше не создавал эха.
– Они бросили меня умирать. Я взял то, что мое по праву.
– Ренке! – Она вспомнила прогулку по Айхвайлю и историю о молодом дворянине, убившем церковного брата.
Звучание собственного имени отвлекло монстра. Он неспешно двинулся к Эвке; голос вновь раздвоился.
– Это было зимой. Он не знал, как выйти из леса. Он хотел есть. А потом захотел большего. Мы поглотим жителей Айхвайля. – Второй голос опять пропал. – Но прежде я наслажусь их страданиями.
– Кем же ты стал?
Эвка поудобнее перехватила топор. Демоны бывают разные – Гордыня, Желание, Ужас, – но все любят поговорить о себе. Что овладело дворянским сыном? Пока она размышляла, позади чудовища, в которое обратился дворянин, поднялся на ноги Антуан.
– Ренке хотел есть, – прорычал оборотень. – И пришел я.
– Кто ты? – выкрикнула Эвка.
– Голод, – произнес Антуан.
Прежде чем Эвка успела среагировать, Ренке прыгнул на нее и поймал зубами топорище. Затем он резко дернул головой, и гномка вместе с оружием полетела через весь зал. Ударившись о стену, Эвка услышала хруст – и сгнившая балка рухнула, прижав ее к полу.
– Эвка!
Антуан бросился к ней, но оборотень развернулся и прыгнул. Лежа на полу под тяжеленным зверем, Антуан ощутил, как темные клыки впились в плечо, прогрызая кожаный плащ и угрожая разорвать плоть. Он не знал, достаточно ли этого для передачи проклятия – и не хотел узнать на себе.
– Значит, ты способен угадать имя.
Демон, овладевший Ренке, попытался проникнуть в мысли Антуана; голова эльфа раскалывалась от боли. Когда Антуан чувствовал порождений тьмы, в их песне было обещание грядущей гибели – но демон уцепился за воспоминание о смерти, которой эльф едва избежал в прошлом.
– О да! Тебе знаком голод. Когда ты умирал… Скажи, каково это было…
Кровь порождений отравляла тело, жгла изнутри так, что Антуан не мог ясно мыслить. А иногда он не чувствовал ничего – и это было так же ужасно…
– Это в прошлом, – процедил эльф.
Он сосредоточился, вспоминая голос Эвки, ее рассказ о случившемся с ним.
Сейчас он Серый Страж. Герой.
Демон расхохотался:
– Думаешь, тебе удалось спастись?
Антуан заметался под лапами Ренке. Он должен выбраться, должен придумать план…
– Твои мечты не сбылись, верно? Тебя лишили славы, тобой не восхищаются…
Нет! Неправда! Смысл вовсе не в этом!
Антуан попытался высвободить руки.
Смысл их дела не может быть таким!
– Насытят ли тебя слава и восхищение?
Пальцы Антуана скользнули по концу лука: оружие слишком далеко, не дотянуться.
– Ты присоединишься ко мне. И пожрешь все, что хотел спасти.
Другой рукой Антуан выбил из пояса серебристый цилиндр. Тот покатился по неровному полу, тихо позвякивая. Эльф снова потянулся к поясу, ладонь сомкнулась на стеклянной поверхности…
Ренке приблизил пасть, полную зубов, к уху Антуана.
– Скажи мне, эльф, ты хочешь есть?
Эвка выбралась из-под балки, схватила топор и бросилась к Антуану. Оборотень на миг приподнялся, раскрывая пасть, и гномка поняла, что не успеет добежать. Антуан заметался и вскинул руку.
Пасть Ренке захлопнулась.
Церковь заполнили клубы темного дыма.
Ренке взревел.
– Что это?.. – прошептала Эвка, совершенно сбитая с толку.
– Отвлекающий маневр!
Рядом просвистела стрела, и Ренке взвыл снова.
– Предупреждают не так! – крикнула она.
Сквозь завесу дыма они заметили, как убегает оборотень. И прежде чем дым рассеялся, Ренке скрылся.
– Мы придумаем план, – пообещал эльф.
Стражи сидели в трактире вместе с Вершелем, Миной и местными жителями, пришедшими услышать об успехе – или провале – их дела.
– Мы ждали приговора короля, посадив Ренке под замок, но негодяй сбежал, – сказал Вершель. – Была метель, и мы решили: оно и к лучшему. Посчитали, что он погиб.
– Он был близок к смерти, – ответил Антуан. – Но кое-кто нашел его.
– Я думала, вы убьете оборотней или сами погибнете. А вы не смогли ни того, ни другого, – заявила женщина, делавшая свечи.
Некоторые из присутствующих согласно кивнули.
– Если хочешь управиться самостоятельно, могу одолжить топор, – сказала Эвка.
Свечница насупилась, но промолчала.
– Мы придумаем план, – заявил Антуан в четвертый раз и двинулся к двери.
– Куда ты? – спросила Эвка.
– Проведаю Виллема.
Антуан больше не мог оставаться в трактире – он должен был предпринять хоть что-то.
Не успев войти в конюшню, эльф услышал нечеловеческий рык. Виллем расхаживал взад-вперед на четырех лапах. Изо рта капала пена. Иногда оборотень останавливался – лишь для того, чтобы подергать толстые цепи.
– Виллем, ты можешь рассказать что-нибудь еще?
– Антуан!
Как оказалось, Эвка шла следом. С ней была Мина, нерешительно застывшая у входа. Антуан не откликнулся.
