– Хотя бы словечко, – продолжил он. – Нам нужно остановить демона.
Но ласковые слова и дружелюбная улыбка больше не действовали на оборотня.
– Ты попытался. – Голос Мины звучал так же, как голоса других – разочарованно, тускло.
Девушка развернулась и пошла прочь. По ее лицу струились слезы.
– Я все еще пытаюсь. – Антуан не отошел от стойла.
Виллем бросился на воротца – вернее, на самого Антуана. Изумленный эльф отпрянул; цепи натянулись, остановив Виллема, – но они не смогут удерживать его долго.
Эвка коснулась руки Антуана.
Ему не хотелось думать о том, что произошло с Виллемом. Не взглянув на гномку, он вышел из конюшни и побрел к главной улице. Взгляд эльфа метался от домов к боковым улочкам; пальцы подрагивали, а мысли роились в голове. Он подошел к колодцу и замер.
Все пошло не так.
«Твои мечты не сбылись, верно?»
Эти слова оплетали разум, как ни старался эльф их гнать. Он в растерянности пнул стенку колодца.
– Сожалеешь об этом? – тихо спросила Эвка.
Антуан невольно рассмеялся:
– Да.
Он несколько раз взрыл землю носком сапога, затем сел, привалившись спиной к колодцу, и вгляделся в заколоченные окна дома Ренке.
– Я едва не погиб, – произнес он.
– А я предупреждала.
– Не хотел, чтобы так вышло. Если бы демон добрался до меня, я бы стал… – Эльф указал на дом Ренке.
– Он не добрался, – ответила Эвка. – Остальное не имеет значения.
– Я жив; я получил второй шанс. Если упущу и его, то в чем тогда смысл?
«Насытят ли тебя слава и восхищение?»
У Антуана задрожали пальцы. Он вновь сбивчиво заговорил:
– Если мои поступки не… Может быть, и сам я…
Он не знал, как закончить мысль.
Эвка села на землю рядом.
– Вот что я знаю о Серых Стражах: мы сражаемся с самыми страшными чудовищами Тедаса, снова и снова идем в бой, а большинство людей о том и не ведает. Взять хотя бы эту деревню. Что у нас тут? Неблагодарные селяне, практически неуязвимый оборотень…
– …И демон, способный залезть мне в голову, – невесело подсказал Антуан.
– Верно. Вот так и живут Стражи. Мы сталкиваемся с подобными проблемами и решаем их. Потому что кто-то должен это делать. В тот миг, когда все покатилось к демонам, ты сумел выжить – и потому стал Серым Стражем. – Эвка ткнула его в плечо и улыбнулась. – Все, что нам нужно, это план.
Все, чего хотел он сам, это посидеть с ней еще немного. Но надо было возвращаться к делам, обдумывать дальнейшие действия. Эльф вскочил на ноги, сделал несколько шагов по направлению к дому Ренке, затем вернулся к колодцу.
Неблагодарные селяне, практически неуязвимый оборотень…
– У тебя есть план? – спросила Эвка.
– Не слишком хороший.
– Это уже что-то.
Антуан расплылся в улыбке.
Эвка стояла у колодца в одиночестве.
Было темно. Луна истаяла до тончайшего серпа, но по крайней мере была видна. Позади Эвки в доме Ренке мелькнул свет. Она медленно выдохнула.
Затем услышала Виллема: его искаженные стоны доносились со стороны таверны.
И кто-то завыл в ответ.
Эвка крепче сжала топорище.
– Ренке! – позвала она.
На миг воцарилась тишина, а затем во мгле раздалось:
– Ждете меня?
Других звуков, кроме завываний Виллема, не последовало. Троих оборотней Стражи убили в лесу, а в церкви встретили одного Ренке.
– Ты один? – спросила она небрежно.
– Это ненадолго.
Значит, сейчас здесь только он. Возможно, это единственное преимущество Стражей – но Эвке показалось, что в одиночку Ренке становился еще опаснее.
– Где твой друг?
– Мне не нравится, как ты с ним разговариваешь, – ответила гномка.
Холодный смех Ренке был прерван стуком ставней. И когда оборотень вновь заговорил, его голос как будто утратил часть своего эха.
– Это мой дом.
– Ты рассчитывал на то, что мы не можем охранять сразу всех жителей, и ты будешь отлавливать их поодиночке. Но за одним-то домом присматривать я могу. – Она обернулась и увидела движение теней за ставнями, а потом с улыбкой посмотрела на Ренке. – А этот как раз был пуст.
– Это мой дом! – взревел Ренке и вынырнул из тени, преодолев расстояние до Эвки за пару прыжков.
Гномка не надеялась оказаться быстрее оборотня, но с Ренке она уже сражалась. Прежде чем очередные слова слетели с его губ, она откатилась в сторону и ударила топором. Оборотень увернулся, но Эвка уже держала в руке нож.
Она сделала резкий выпад и с наслаждением услышала вопль – клинок вошел Ренке в плечо. Конечно, это не остановило зверя – Эвка не знала, что вообще может его остановить, – но у нее появилась секунда, позволившая отскочить от мятущегося оборотня и стать между ним и дверью дома.
– Ты хочешь защитить этих людей. – Голос Ренке вновь обрел эхо. – Но привела их прямо ко мне на пир.
Эвка замерла в ожидании. Если она не ошиблась, сейчас зверь прыгнет…
И он прыгнул. Эвка не двигалась, пока Ренке, обнажив клыки и когти, мчался вперед, чтобы разорвать ее на части. В последний момент она пригнулась и откатилась в сторону – а оборотень пронесся мимо и с грохотом разбил дверь…
