Антуан стоял на лестнице и отчетливо видел, как Ренке влетел в облаке щепок. Глаза зверя светились, пена капала из пасти на ветхие половицы. Оборотень сокрушил стул, швырнув обломки через всю комнату, и несколько раз моргнул – в искаженных чертах проступало недоумение.
В камине горел огонь, зажженные светильники испещрили комнату дрожащими тенями. Тени все множились – Антуан дергал за привязанные к светильникам веревки.
– Что это? – прорычал оборотень.
– Ловушка, – коротко ответил эльф.
Как ни сильна была неприязнь жителей деревни к Стражам, страшная гибель кузнеца возымела действие: они согласились остаться в своих домах и погасить свет. Совсем небольшое одолжение, но его оказалось достаточно.
Антуан вновь дернул за веревки.
– Ну как, сработало?
Оборотень взвыл – Эвка, влетевшая в дверной проем, вонзила топор в его заднюю лапу.
В доме не было тени, способной укрыть монстра; не было угла, где бы его не достал топор Эвки. Она рубила по лапам, спине, ребрам, а когда Ренке пытался контратаковать, уворачивалась и отскакивала. Антуан занял позицию на лестнице, чтобы обстреливать мечущегося оборотня из лука.
Зверь истекал кровью и судорожно хрипел. Казалось, Стражи вот-вот одержат верх.
Но все пошло не так.
С ловкостью, неожиданной для израненного, оборотень швырнул Эвку на каменный очаг. Прежде чем она снова обрела способность дышать, Ренке схватил ее и с силой бросил на пол. Антуан выстрелил в зверя, но тот даже не оглянулся. Над лицом Эвки повисла нить слюны.
И тут на голову оборотня шлепнулся сладкий рулет.
– Ренке, – спросил Антуан, – хочешь есть?
Он не ожидал, что зверь бросится к лестнице так стремительно. Эльф вскарабкался наверх и побежал по коридору второго этажа, а монстр мчался следом, настигал. В самый последний миг Антуан скользнул в боковую дверь, а Ренке пронесся дальше по коридору.
Антуан очутился в пыльной спальне. У него дрожали пальцы: комната была маленькой – никаких путей отхода, кроме двери и окна, выходящего на главную улицу.
Он в ловушке.
Бросить рулет – не лучший трюк, но все же он сработал. Теперь нужен новый план, а время на исходе.
Чудовище, в которое превратился дворянин Ренке, стояло в дверном проеме. Оно исторгло гулкий пугающий вой, похожий на стон, а затем поднялось на задние лапы и двинулось вперед неестественной хромающей походкой.
– Еще один шанс, и твоя жизнь станет лучше. Ты рядом; ты почти чувствуешь ее вкус…
– Нет!
В словах оборотня было зерно правды, и Антуан это знал. Но сейчас он Серый Страж. Его работа – одолеть чудовище.
Антуан вскинул лук, но Ренке стоял слишком близко. Оборотень выбил оружие из рук эльфа и схватил его за горло.
Так и поступают Стражи – гибнут в бою с чудовищами.
Но Ренке не хотел его убивать.
Оборотень надавил сильнее, и Антуан почувствовал, как когти разрывают кожу. По шее заструилась кровь.
– Ты пожрешь этих бессердечных глупцов. Но прежде обглодаешь кости гномки.
– Ошибаешься, – сказал Антуан.
Заостренное ухо Ренке дернулось.
– А вот и она.
Эвка стояла в дверном проеме с топором на изготовку.
Но она опоздала.
Ренке вонзил зубы в плечо эльфа. Антуан закричал. Довольно улыбнувшись, Ренке бросил добычу на пол.
– Ты покойник, – сказала Эвка.
– Эвка… – пробормотал Антуан.
Гибель в бою с чудовищем – очень славный поступок, но все же умирать не хотелось.
– Не ты, – ответила гномка.
Антуан потянулся к поясной сумке.
– Эвка! Отвлекающий маневр!
Она бросилась в сторону, и комната заполнилась ослепительными белыми искрами. Ренке зарычал, а потом взвыл – топор глубоко вошел ему в спину. Антуан едва успел отскочить в сторону, когда зверь бросился вперед.
Эвка отбросила топор и прыгнула на кровать. Оттолкнувшись от матраса, взлетела – и в падении вонзила в Ренке свой последний нож. Предсмертный вопль зверя оборвался, когда Эвка перерезала ему глотку. И едва она закончила, Антуан поднялся и пнул Ренке изо всех оставшихся сил.
Оборотень повалился вперед, ломая оконную раму, и с отвратительным хрустом рухнул на землю.
– Я думала, ты применишь флаконы. – Эвка вовсю моргала.
– Этот трюк он уже знал.
– Кстати, предупреждение работает только тогда, когда знаешь, о чем тебя предупреждают. – Моргнув еще раз, Эвка посмотрела на Антуана. – Ты едва не погиб. И перестань смеяться, когда я это говорю.
Эльф улыбнулся. Он не погиб – они оба не погибли. Серые Стражи победили оборотня, Антуан остался в живых, а Эвка сейчас стоит так близко…
– Мы должны…
– Убедиться, что он мертв?
Антуан потрогал укус на плече. Все пойдет не так, если этой ночью эльф обратится.
Когда шум битвы сменился тишиной, к дому Ренке начали осторожно стекаться люди. Оборотень лежал на земле – пустые глаза смотрят в никуда, позвоночник изогнут под неестественным углом. Антуан не знал, уничтожен демон или просто покинул тело.
Как бы там ни было, дух исчез.
– Наконец-то. – Вершель угрюмо пнул труп, и тот перекатился на спину. Мужчина посмотрел на Антуана. – Все-таки у вас получилось.
Это была наивысшая похвала, на которую Стражи могли рассчитывать.
Мина не сказала ничего: она бежала к таверне.
