При всем том, что мы могли бы внести несколько нюансов, уточнений и несколько изменить формулировки, нам бы не помешало серьезно отнестись к этим пророчествам об экономике внимания. Нет, "новая" экономика внимания не собирается "заменять" старую экономику материальных благ - по той веской причине, что без этих благ она бы не существовала. Нет, гипервнимание, подпитываемое цифровым ускорением, не неизбежно подорвет основы нашей способности к глубокой концентрации. Но да, происходит серьезная реконфигурация , в которой распределение внимания уже играет гегемонистскую роль. Вполне справедливо предположить обратный процесс: то, что было эпифеноменом - коллективное внимание к этому, а не к тому, - сейчас перестраивает способ, которым мы материально (ре)производим свое существование. Внимание - важнейший ресурс нашей эпохи. Мы не можем переориентироваться здесь, не попытавшись лучше понять, что поставлено на карту в его циркуляции, захвате и возможностях. Что мы можем сделать коллективно с нашим индивидуальным вниманием и как мы можем внести индивидуальный вклад в перераспределение нашего коллективного внимания? Таков вызов разворота, который мы переживаем, и именно на эти вопросы будет ориентироваться вся эта книга.
Темпоральный рефрейминг
В большинстве своем современные рассуждения об экономике внимания указывают на существенную проблему, но то, как они ее формулируют, в целом вызывает споры. Основная цель этой небольшой работы - внести вклад в изменение размера и фокусировки наших дискурсов о внимании, чтобы занять противоположную позицию по отношению к трем обманчивым общим местам.
Первое общее место связано с новизной "новой экономики внимания". Начиная с локального и анекдотичного феномена Авиньонского фестиваля, который вырос почти в десять раз с 1990 года, и заканчивая впечатляющим развитием интернета за тот же период, все указывает на то, что проблемы экономики внимания начали ощущаться в массовом масштабе только в последние двадцать лет. Статистические данные, собранные с помощью Google Books Ngram Viewer - программы для измерения внимания, которая подсчитывает количество встречающихся слов и выражений в текстах, оцифрованных Google Books 17 - подтверждают это первоначальное впечатление ( Рис. 2 и 3 ). Как в англоязычном, так и во франкоязычном корпусе они демонстрируют впечатляющий взлет в 1996 году, когда Майкл Голдхабер начал полемику, объявив о радикальной новизне экономики внимания, которая была немедленно осуждена как неопределенная и иллюзорная в ряде критических статей. 18
2 . Встречи 'attention economy', 'economics of attention' и 'attention economics' в Google Books Ngram Viewer, англоязычный корпус 1950-2008 (проверено 23 апреля 2014)
3 . Встречи 'économie de l'attention' в Google Books Ngram Viewer, корпус франкоязычных стран 1950-2008 (проверено 23 апреля 2014)
Даже если с 1970-х годов много говорят об "информационной перегрузке", несколько технологических и социологических совпадений интуитивно подтверждают правильность этой периодизации (увеличение числа телевизионных каналов, доступных в эфирных или кабельных сетях, открытие безлимитных абонементов в кинотеатрах, пиринговый обмен файлами в сети, создание электронных библиотек со свободным доступом, развитие альтернативных медиа и блогов, появление YouTube и Google Books).
Однако неплохо было бы сделать шаг назад, чтобы лучше оценить соответствующие пропорции инерции и новизны в нашей ситуации переизбытка предложения и в стратегиях, которые она заставляет нас принимать. Как мы уже видели, изобилие цифровых товаров заставило Георга Франка и Майкла Голдхабера заново изобрести экономику внимания, которая была первоначально описана Габриэлем Тардом после кризиса промышленного перепроизводства в конце XIX века. Актеры, которые пытаются привлечь зрителей, разыгрывая сцену из своего спектакля на улицах Авиньона, лишь заново изобретают практику "парада", которая уже была культивирована и усовершенствована труппами, рекламировавшими свои представления на ярмарках времен Древнего Режима. Энн Блэр недавно показала, что именно под давлением информационной перегрузки гуманисты эпохи Возрождения и философы XVII века разработали меры, связанные с книгой (оглавления, указатели, ссылки) и эпистемологией ("метод" Декарта), чтобы сориентироваться в переизбытке текстов, в котором они уже боялись утонуть. 19. И это не сатирик третьего тысячелетия, комментирующий шестьсот книг литературного сезона, а писатель Шарль Тифен де Ла Рош в 1760 году, который задавался вопросом, "как пробиться сквозь толпу" и "как привлечь внимание", когда "все начали писать и легче найти автора, чем читателя". 20