Для Хаусхофера геополитика была экспансией. Германия, благодаря "испытанию безжалостным увечьем" после Первой мировой войны, была зажата в невыносимые рамки. Ее единственным ответом было "выйти из тесноты ее нынешнего жизненного пространства на свободу мира". Германия должна создать автаркический империум, охватывающий Европу и Африку. Другие угнетенные и неимущие страны - особенно Советский Союз и Япония - должны сделать то же самое на остальной территории Евразии и Тихого океана. Только консолидировав такие "пан- регионы", алчные ревизионистские государства могли одолеть своих врагов, а именно Великобританию; только работая вместе, они могли помешать Британии играть в "разделяй и властвуй". "Никогда больше, - писал Хаусхофер в 1939 году, - Германия и Россия не должны позволять "идеологическим конфликтам" настраивать их друг против друга". Целью геополитики Хаусхофера была Евразия, управляемая автократическим альянсом. 121
Не было ни малейшего шанса, что этого можно добиться без убийств и хаоса. Мир, писал Хаусхофер, нуждался в "общей политической очистке, перераспределении власти". Молодые восточноевропейские страны, лежащие на пути Германии, были "государственными осколками", которые "больше не имеют права на существование" 122. Хаусхофер одобрял немецкую агрессию в конце 1930-х - начале 1940-х годов, даже когда стало ясно, что это означает убийство миллионов людей на "жизненном пространстве", которого желал Берлин.
Труды Хаусхофера кажутся перевернутой версией Макиндера, потому что именно таковыми они и были. Макиндер опасался, что континентальный гегемон сможет превзойти Великобританию; Хаусхофер хотел добиться именно этого. Хаусхофер внимательно читал и много заимствовал из работ Макиндера; он даже прямо приписывал Макиндеру идею нацистско-советского альянса, который еще в 1904 году опасался, что такая комбинация может стать гибелью мира. "Где в мировой истории сказано, что нельзя учиться у врага?" воскликнул Хаусхофер в 1939 году. "И Россия, и Германия проиграли [последнюю] войну, потому что сражались на противоположных сторонах. Потребовалось... гораздо больше времени, чем ожидал сэр Хэлфорд Макиндер, чтобы немцы и русские это поняли" 123. Макиндер, как выяснилось, был "академическим писакой", влиявшим на Хаусхофера, который повлиял не на кого иного, как на Адольфа Гитлера.
Конечно, влияние Хаусхофера на Гитлера иногда преувеличивали. После Второй мировой войны американские обвинители по военным преступлениям утверждали, что Хаусхофер был "интеллектуальным крестным отцом" последнего, а Гитлер "лишь символом и рупором". 124" Во время войны ОСС описывала Хаусхофера как человека, который "превратил изучение геополитики ... в инструмент немецкой агрессии в мировом масштабе. . в инструмент немецкой агрессии в мировом масштабе" 125. В действительности отношение Хаусхофера к нацистскому режиму было более двойственным, отчасти потому, что он был немецким консерватором старой школы, а не радикальным национал-социалистом, и отчасти потому, что его жена была наполовину еврейкой. Хаусхофер с недоверием относился к решению Гитлера напасть на Советский Союз; его сын в конечном итоге присоединится к антигитлеровскому сопротивлению и заплатит за это решение своей жизнью. Несмотря на это, Хаусхофер присутствовал при создании нацистской геополитики. 126
Это был Рудольф Гесс, бывший помощник Хаусхофера и сокамерник Гитлера по тюрьме после неудавшегося Пивного путча 1923 года. Хаусхофер познакомил Гитлера со своими теориями геополитики во время визитов в тюрьму Ландсберг. "После полной солдатской жизни приятно работать в качестве старого академика, - писал он, - даже если молодые орлы остаются за решеткой на время" 127. По мере роста влияния нацистов Хаусхофер поддерживал тесные контакты с Гессом, который стал заместителем фюрера; он рассматривал Гитлера как сосуд, через который его интеллектуальные разглагольствования могли стать реальностью. Сын Хаусхофера, Альбрехт, так описывал взгляды своего отца: "Хотим мы того или нет, но они теперь в седле; мы не можем просто выкинуть их оттуда; поэтому мы обязаны, черт возьми, подставить плечо, чтобы они поскорее избавились от своих детских недугов и научились принимать правильные учения" 128.