Когда мы поднимаемся по ступеням мэрии, я приподнимаю переднюю часть коляски, чтобы Аида могла занести Майлза, не обходя весь пандус для инвалидных колясок.
Узнав девушку, несколько человек кивают или машут ей и бросают на меня косые взгляды, потому что Аида одета в шикарный брючный костюм, а на мне все еще потрепанные конверсы, пижамные штаны и рваная футболка Van Halen. В довершение ко всему, мое плечо снова кровоточит. Кровь просачивается через повязку и пачкает футболку спереди.
– Знаешь, а ведь эти кеды однажды спасли мне жизнь, – таинственно произносит Аида. – Во всяком случае, один из них…
– Значит, они, должно быть, счастливые, – говорю я. – Я и сама чуть не попала в передрягу сегодня.
– Счастливые, – говорит она. – Но не твоего размера.
Я прихрамываю, мои пальцы сжались и упираются в носок.
– У меня десятый[21], – признаю я.
– Восьмой с половиной[22], – говорит Аида.
Мы подходим к кабинету Кэллама, и я придерживаю дверь для Аиды, чтобы она могла закатить коляску. Секретарша вскакивает со словами:
– Добрый день, миссис Гриффин! Олдермен как раз вернулся, он в…
Завидев меня, она осекается. Стоит отдать должное профессионализму девушки – она лишь на мгновение делает озадаченное лицо, прежде чем спросить:
– Принести вам воды?
– Да, пожалуйста, – пылко отвечаю я.
За выбросом адреналина следует сильнейшая жажда. У меня во рту сухо, как в пустыне.
Секретарша спешит за водой.
Тем временем Кэллам Гриффин уже выходит из кабинета, услышав голос Аиды.
Это высокий мужчина в строгом темном костюме. Его каштановые волосы тщательно причесаны, а холодные голубые глаза с первого взгляда оценивают ситуацию. Кэллам не выказывает никакого удивления при виде меня, лишь бросает испытующий взгляд, и его мозг молниеносно складывает все воедино.
Единственная эмоция, которую он выдает, – это мимолетная радость при виде жены и сына. Кэл наклоняется, чтобы поцеловать Аиду в щеку, затем смотрит на Майлза в коляске, и его челюсть сжимается от гордости.
– Как он сегодня себя ведет? – спрашивает мужчина Аиду.
– Как ангел, конечно, – отвечает она.
Кэллам фыркает, не веря ей ни на секунду.
– Ну, сейчас он не кричит, а это уже что-то.
– Ему нравится выбираться из дома.
– Похоже, кое-кто тоже выбрался из дома, – замечает Кэллам и поднимает бровь, оглядывая мой внешний вид. – Елена Енина, я так полагаю. Недавно сбежавшая от супруга?
– Вроде того, – я чувствую, как краснею под холодным пронзительным взглядом мужчины. – Я не пыталась сбежать – вообще-то, я хочу вернуться. Думаю, Себастиану нужна наша помощь…
–
– Себ замахнулся на русских, – говорит Аида.
– И, судя по всему, без особого плана.
Аида напряженно смотрит ему в глаза.
– Кэл, – тихо говорит она. – Они убили моего отца.
– Я знаю, – говорит мужчина. – И я бы сделал что угодно – ЧТО УГОДНО – чтобы вернуть его тебе, Аида. Но это невозможно. Енин хочет кровавой бани. И Себастиан, похоже, намерен ее устроить.
Он замолкает, глядя на жену. Теперь я вижу, что Кэллам вовсе не такой холодный, каким казался. Прямо сейчас в нем очевидно борются сразу несколько порывов: его гнев из-за сложившейся ситуации, его желание дать жене то, чего она хочет, и его страх перед тем, что произойдет, если он это сделает.
– Послушай, Аида, – неожиданно нежно говорит Кэл. – Возможно, Данте прав. Месть – это путь тех, кому нечего терять.
Он бросает многозначительный взгляд на Майлза, который, похоже, не чувствует напряжения в комнате. Малыш наконец перестал сердито глазеть и уснул в коляске.
Аида кусает губы, разрываемая верностью четырем разным мужчинам: мужу и сыну с одной стороны и брату и отцу – с другой.
На секунду мне кажется, что она согласится с мужем. Но затем девушка яростно мотает головой.
– Мы не можем бросить Себа, – говорит она. – Ты должен ему, Кэллам, и ты знаешь это. И я тоже. Та ночь, что свела нас вместе, разрушила его жизнь. Он никогда не винил меня. Никогда не жаловался. К тому же, Кэл, Алексей Енин – гребаный психопат – без обид, Елена. Он хочет отомстить всем нам. Если мы собираемся вступить во Вторую мировую, то лучше сделать это сейчас, чем после Пёрл-Харбора.
Кэллам хмурится.
– Не говори со мной метафорами с канала «Хистори Ченел».
– КЭЛ!
– Ладно-ладно! – он поднимает руки вверх. – Мы поможем ему. Но нужно отвезти Майлза моим родителям…
– Разумеется.
– И ты наденешь бронежилет. И мы возьмем людей.
– Разумно, – говорит Аида, пытаясь скрыть тот факт, что он согласился быстрее, чем она ожидала. Девушка выглядит так, словно приготовила еще восемь аргументов на случай, если первые не сработают.
Торопливо возвращается секретарша, неся несколько разных бутылок с водой.
– Простите! – выдыхает она. – У нас в холодильнике осталась только газированная, так что я еще сбегала вниз за «Эвиан»…
– Спасибо, – говорю я, выхватывая бутылку из ее переполненных рук. – Я возьму с собой.
