— Тогда не буду откладывать поиск на недельный срок. Командиру о принятом решении доложу сегодня же. Слушай меня, двадцать третий. Сегодня все дела прочь. Отдыхай. А завтра, ровно в семь ноль-ноль двинем в штаб армии. Подробности и инструктаж получим у генерала Валентинова.
— Понял вас, товарищ первый, — облегченно вздохнул Черемушкин и вдруг отчетливо и ясно осознал, что Наташа потянется за ним, как нитка за иголкой, уйдет с ним и только с ним, с разведгруппой, и разделит эту участь. Как ей откажешь?
Несмотря на свою занятость, генерал Валентинов, выполнив несколько срочных, неотложных дел, радушно принял генерала Чавчавадзе и его разведчика капитана Черемушкина. Начальник штаба армии с момента последней их встречи, хотя с тех пор прошло немало времени, оставался все таким же, безупречно вежливым, корректным и сдержанным. Его мягкий голос, излучающий доброжелательность к собеседнику, располагал к доверительному и откровенному разговору. Только вот, пожалуй, внешне он несколько изменился: поседели виски, снежная изморозь тронула чуть вьющиеся темные волосы, на высоком лбу появились залысины, возле глаз стал заметен узор мелких морщинок.
После короткого делового разговора с комкором Чавчавадзе он напомнил последнему о том, что командарм пожелал видеть его сейчас же, а не в десять, как условились раньше. Потом, оставшись вдвоем с Черемушкиным, кивнул головой на табурет, стоявший рядом с его рабочим столом, и сказал появившемуся на звонок дежурному по штабу майору Кириллову:
— Пожалуйста, распорядитесь, Василий Максимович, чтобы в течение часа меня, по возможности, не беспокоили. Моя просьба не касается командарма.
Майор Кириллов, лично знавший капитана Черемушкина еще лейтенантом, догадывался, что тот в очередной раз будет возглавлять «Тихую разведку», только в ином ее варианте. Поднаторевший в штабной дипломатии, он без звука прикрыл за собой дверь.
— Скажите честно, вас ваши раны не беспокоят? — вдруг спросил Валентинов, внимательно наблюдая, как отреагирует на поставленный перед ним вопрос разведчик.
— Мне понятен ваш вопрос, товарищ генерал. Со здоровьем и всем остальным у меня в порядке.
— Ну, если так, не будем терять времени. Кстати, вы, наверное, должны помнить, что перед уходом на выполнение операции «Тихая разведка»…
— Нет! Не забыл, товарищ генерал.
— Представление на звание майора, капитан, находится в штабе фронта. Думаю, что скоро оно будет подписано.
— Об этом, товарищ генерал, донесло солдатское радио.
Валентинов улыбнулся и заметил:
— Гвардии капитан — звучит неплохо. Помню, когда мне после событий на Халхин-Голе присвоили звание старшего лейтенанта. Так вот, слово «старлей» звучало для меня шикарно. Но это, как говорят, — издержки молодости. — Он выдержал короткую паузу, пыхнул дымком папиросы «Казбек» и продолжал: — Тихая разведка, по сути своей, должна была быть действительно безмолвной. Без выстрелов, спринтерского бега с барьерами, бесшумной. — Он лукаво посмотрел прямо в густо-синие глаза Черемушкина и вновь мягко усмехнулся — Так должно было быть. Задание более серьезное, чем вначале может показаться. Сложность состоит в том, что ваша разведгруппа будет совершать рейд в особой обстановке. Западная Украина остается территорией, где как вам известно, властвует национализм. Скажу вам больше: по агентурным сведениям, кардинал Шептицкий во Львове окропил святой водой знамя дивизии «Галиция», которая совместно с гитлеровцами дерется против нас. Я уже не говорю о разного рода союзах и братствах ночного воинства. Степан Бендера, например, в повстанческом движении — крупная фигура. Сюда же можно причислить и Конавальца. Но, кроме всего этого, существуют бандитские группы, провоцирующие на межнациональной почве резню между украинцами, белорусами, поляками и другими слоями населения. Находясь в означенных вам районах, вы можете встретиться и с представителями польской Армии Крайовы. Будьте осторожны. Я приведу лишь только один пример из множества нам известных. Командир одного из подразделений Армии Крайовы, находящегося в районе Станислава — это Галиция — майор Герман сообщил, что штаб Армии Крайовы, начиная с сорок третьего года, регулярно обменивается с венгерским генеральным штабом шпионскими материалами, касающимися позиций и продвижения наших армий. Фашисты в Армии Кракове постоянно озабочены тем, чтобы, как говорится, не мытьем так катаньем навредить нам. Думаю, на этом и закончим некоторый экскурс в обстановку, в которой вы будете действовать.
