– Добрый, нет, не отвлекаешь, – она тут же отложила книгу. – Что-то случилось? – «Что за идиотский вопрос? Сама же знаю, сколько всего случилось…» – Харкер слегка хлопнула себя ладонью по лбу.
На несколько секунд Эдмон замолчал, словно этот вопрос поставил его в тупик, но затем наконец ответил:
– На самом деле, я хотел тебя попросить, – Матильде показалось, что голос Принца вдруг стал робким, – проведи со мной этот вечер, пожалуйста… – последние слова были сказаны полутоном, который, казалось, обволакивал сознание как густой горячий дым…
Девушка почувствовала, как мелкие мурашки побежали по коже.
– Что, прости? – выдавила Мати, судорожно соображая, всё ли верно она поняла.
– Я имею в виду, давай поужинаем вместе, поговорим… – Эд вдруг запнулся. – Мне очень нужно поговорить с кем-то, Матильда, – сердце девушки забилось, как птичка в клетке, от того, с какой интонацией он назвал её по имени, будто больше нет ни одного человека на земле, кому он может доверять, кто ему так близок. – Я хоть и веду себя как обычно, но вся эта ситуация повлияла на меня больше, чем я думал… Нужно развеяться, – Принц глубоко вздохнул, будто пересиливая себя. – Остальные не поймут, я чувствую, что могу открыться только тебе.
«Мне? – Мати улыбнулась. – Неужели Эдмон и я действительно настолько близки…» – Конечно, я составлю тебе компанию, – сказала она понимающе. – Во сколько и куда мне подъехать?
– Я сам за тобой заеду! – ответил радостно Принц. – Сколько времени тебе нужно, чтобы собраться?
– Минут сорок, наверное, хватит, – проговорила Матильда, поднимаясь с кровати и направляясь к шкафу.
– Хорошо, я подъеду через час, чтобы ты могла не торопиться! – Эдмон повесил трубку.
Мати открыла шкаф и быстро просмотрела всю одежду.
«Вряд ли Эд повезёт меня в какую-то забегаловку… – она достала из дальнего угла платье цвета индиго с чёрными кружевными рукавами три четверти и слегка расклешённой юбкой чуть выше колена. – Надеюсь, это не слишком… – раздумывала Харкер, надевая чёрные капроновые чулки. – Блин, о чём это я?! Всё равно никто их не увидит, не полезет же он мне под платье!» – она густо покраснела и замотала головой, вытряхивая приставучие мысли.
Матильда собралась с небывалой для себя скоростью. Отойдя от зеркала на два шага, она оглядела готовый образ: платье село хорошо, чёрные чулки, по мнению Мати, даже сделали ноги стройнее. Завершили образ аккуратно уложенные в асимметричную причёску волосы и слегка подкрашенные глаза: «Не так уж и плохо…» – Матильда поправила заколку с маленькими незабудками из сапфиров (подарок мамы на совершеннолетие), которой она подобрала волосы над правым ухом, и взяла чёрный клатч.
Открыв дверь, Мати аккуратно выглянула из комнаты в надежде выскользнуть из дома незамеченной: «Фух, вроде нет никого», – она быстро сбежала по лестнице, набросила на плечи коричневое пальто, обмотала вокруг шеи бежевый шарф и уже доставала чёрные с коричневыми вставками ботильоны, когда услышала голоса:
– Да ничего это не значит! Это просто вежливость, да и только! – выходя из дальней комнаты, отстаивал своё мнение Вэр.
– Нет, ты не прав! Она явно ему нравится, не стал бы он при всех так её обхаживать и… – Эрик запнулся на полуслове, увидев обувающуюся второпях сестру, и, толкнув Вэртера в бок, взглядом указал, на что нужно обратить внимание. – Мэтс? Куда это ты собралась?
Матильда наконец завязала шнурки и, поднявшись, с укором посмотрела на парней, предупреждая, что дальнейшие расспросы их до добра не доведут:
– Не ваше дело, сплетники! – ответила она достаточно резко. – Буду поздно! – с этими словами девушка покинула коттедж.
– Я же говорил! Походу, на свидание собралась! Будет у меня сестра-владелица клуба! – донёсся из-за закрывающейся двери торжествующий голос Эркюля. Что ответил Вэр, она уже не услышала.
Ровно в семь вечера к коттеджу подъехал серебристый «Астон-Мартин». Мати смерила взглядом разворачивающуюся машину: на багажнике аккуратным шрифтом было выведено «DB9».
«Наверное, стóит как целая квартира…» – порадовавшись про себя, что всё-таки надела платье, девушка залезла в приятно пахнущий карамелью салон.
– Привет ещё раз, – Эдмон сидел вполоборота, облокотившись на обтянутый светло-бежевой кожей руль, его волосы были небрежно зачёсаны назад, несколько прядей ниспадали на высокий лоб, чёрная, в едва заметных узорах рубашка ему очень шла, придавая аристократичности. Принц одарил Матильду печальной, но такой тёплой улыбкой, что девушка еле-еле собралась с мыслями.
– Привет, – вымолвила она. – «Ох… И как можно такому соответствовать? Тут одним платьем не обойдёшься…» – Мати почему-то стало неловко за себя.
– Давно ждёшь? Не холодно? – не дожидаясь ответа, Эд прикоснулся к рукам девушки. – Ты же совсем замёрзла, льдинка! – он притянул её ладони к губам.
Глаза сами собой закрылись… Все ощущения померкли, единственное, что осталось в мире, – это горячее дыхание Эдмона. Будто всё её существо вдруг сосредоточилось на кончиках пальцев.
