Прежде чем приступить к поиску пропитания, Цент решил выяснить, как там Владик. Вчера он оставил его на крыше автобуса, в окружении целой армии зомби. Поскольку программист не был оснащен встроенным реактивным двигателем, сбежать он не мог, поэтому, либо сидит на том же месте, либо, если его там нет, пошел на корм мертвецам. Нужно было проведать очкарика и поднять себе настроение порцией глумления над обреченным.
Цент поднялся на крышу дома, не встретив по пути никакого сопротивления. Похоже, все зомби в округе сбежались на вопли Владика. Это было хорошо. Цент даже начал строить кое-какие планы по проникновению в продуктовый магазин, пока тухлые занимаются очкариком, но когда подошел к краю крыши и взглянул вниз, то забыл обо всем на свете.
Программист все еще был непростительно жив, но в том заключалась не самая большая проблема. Куда хуже было то, что он не бился в истерике на крыше своей тюрьмы, не обрушивался в глубины отчаяния и не взывал к высшим силам. Программист пытался спасти свою никчемную жизнь. Мало того, он сумел привлечь к этому делу какую-то бабу, что обосновалась на крыше дома через улицу от Цента. Браток не отличался орлиным зрением, поскольку в тюрьме много читал при плохом освещении, и не сумел разглядеть в подробностях глупую курицу, решившую помочь очкарику, а зря - такое прощать нельзя, следовало после найти и наказать. Однако кое-что другое он рассмотрел. То, как именно незнакомая баба собиралась спасти программиста. План был несложен: девка сбросила с крыши длинную веревку, и теперь Владик пытался закрепить ее на своем автобусе, а затем, уже по ней, планировал взобраться наверх. Цент с ужасом понял, что у очкарика может получиться. Тот, конечно, рахит слабосильный, а лезть высоко, но когда внизу тебя поджидают голодные зомби, это очень хороший допинг.
- Да ведь он, чего доброго, уцелеет, - простонал Цент, прекрасно понимая, что не может безучастно наблюдать за всем этим возмутительным непотребством. Нужно лечь костьми, желательно чужими, но не дать очкарику спасти свою шкуру. Ну, в крайнем случае, максимально осложнить этот процесс.
Когда замышляешь доброе дело, сами небеса помогают, посылая светлые идеи. Поскольку убой очкарика был однозначно богоугоден, из райских кущ прямо в голову Цента снизошло озарение. Он понял, что нужно делать. Это было гениально.
А Владик в это время был с головой в работе, и даже не подозревал, какие темные тучи сгустились над его головой. Девушка где-то отыскала очень длинную и прочную веревку, с третьей попытки бросила ему конец, и теперь программист отчаянно думал, к чему бы его привязать. Предстоящее восхождение пугало, но не так сильно, как ожидал Владик. После кромешной безнадежности даже крошечный лучик надежды воспринимался как дар божий. Программист сказал себе, что он сможет. Да, будет тяжело, да, силы его невелики. Но тут вопрос жизни и жутко мучительной смерти, а потому надо стиснуть зубы, напрячься и смочь. Ведь в школе он лазал по канату, правда, невысоко, уже на двух метрах голова закружилась, и он упал на маты, умудрившись в полете окатить рвотой физрука. Но зато и сам он с тех пор подрос, возмужал, и из тощего бессильного мальчика превратился в тощего бессильного мужчину. Мужчину - вот ключевое слово. Он мужик! Самец! Он не испугается и не упадет. Он сделает это!
Веревку Владик привязал за люк на крыше, намотав столько узлов, что сам сбился со счета. На своей безопасности он экономить не собирался, а потому, прежде чем лезть, долго дергал спасительный канат, проверяя его прочность, а затем минут десять выпытывал у девушки на крыше, хорошо ли закреплен ее конец. Та клялась, что намертво.
Натянутая под углом веревка, соединившая крышу дома и автобус, была тонким спасительным мостиком. Очень тонким. Владик с нежностью и теплотой вспомнил школьный канат толщиной в руку. Вот бы его сюда.
- Ты лезешь или нет? - крикнула сверху девушка.
- Сейчас, - раздраженно отозвался Владик. Разве можно торопить человека, идущего на подвиг? Ведь тут внизу нет мягких матов, готовых нежно поймать неудачливого верхолаза. То есть, если сорвется, упадет-то он на мягкое, ибо мертвецы стояли один к одному впритык, вот только затем это мягкое оскалит зубы, и вонзит их в нежную плоть программиста.
Представив себе на беду, как все это будет происходить, Владик едва не передумал лезть. Страх начал оплетать его липкими холодными щупальцами, силясь утащить на дно безумия, но мужик и самец не поддался ему в этот раз - встряхнулся, расправил плечи, стиснул зубы. Нужно быть сильным! Зомби-апокалипсис не для слабаков.
