— Я со своими воинами хочу отправиться в другую сторону, — негромко, но твёрдо произнёс Всеволод.
Бернгард придержал коня. Повернулся — медленно, всем корпусом, закованным в посеребрённую сталь. Из-под поднятого забрала смотрели колючие глаза.
Что-то хотел ответить? Не успел…
Подъехал ближе прислушавшийся к их разговору Сагаадай. Юзбаши тоже сказал своё слово:
— Не сочтите за дерзость, мастер Бернгард, но и я бы предпочёл другой путь.
Ага… Видать, татарского сотника обуревают мысли, схожие с теми, что не дают покоя Всеволоду. Степняк тоже жаждет взглянуть на мёртвые воды…
— Да и мы бы не отказались повернуть коней, — к магистру с двух сторон уже подъезжали Золтан и Раду.
Ожидаемой вспышки не произошло. Некоторое время — совсем недолго — Бернгард размышлял и прикидывал что-то. Потом — ответил. Без гнева и раздражения. Скорее — насмешливо:
— Вообще-то мне казалось, что здесь приказы отдаю я. И ещё я полагал, что все мои приказы будут исполняться беспрекословно.
Так оно и было. В братстве рыцарей-монахов, спаянном жёсткой дисциплиной, никто не осмеливался противоречить магистру. Однако ни Всеволод, ни Сагаадай, ни Золтан не являлись членами ордена и не принимали на себя орденских обетов и обязательств. Они прибыли сюда на помощь, по зову Бернгарда. Как союзники, как друзья. Как равные.
— Твои приказы будут исполняться, — заверил тевтона Всеволод. — В замке, ночью, во время штурма. Всё верно: в бою над крепостью должен стоять один воевода. Но…
— Но?
— Но сейчас день, и мы сейчас находимся за пределами Серебряных Врат, — заметил Всеволод. — И смею надеяться, мы имеем право передвигаться в окрестностях Сторожи по своему усмотрению. Или у нас такого права нет?
Бернгард хмыкнул.
— Хотите ехать на Мёртвое озеро? — напрямую спросил тевтонский магистр.
Всеволод ответил за всех:
— Да. Мы должны взглянуть. Увидеть вблизи. Понять или хотя бы попытаться понять…
— Понять, что делать дальше? — улыбка Бернгарда была невесёлой. — Я уже бывал на берегу озера и неоднократно. Но всякий раз возвращался оттуда ни с чем.
— И всё же мне… нам нужно туда.
Всеволод ждал спора и готов был к ссоре, однако Бернгард согласился неожиданно легко.
— Хорошо, — кивнул магистр. — Покуда светит солнце, вы вольны поступать по своему разумению. Нам, в самом деле, незачем таскаться друг за другом.
Затем Бернгард перешёл на деловой тон военачальника, отдающего распоряжения:
— В скалах возле Мёртвого озера есть небольшие трещины и несколько гротов, в которых могут укрываться нахтцереры. Проверьте. Только — осторожнее. Не убирайте рук с оружия. Там, в пещерах, не будет ни солнца, ни крепостных стен. Там вам придётся уповать только на сталь с серебром, которого страшатся и тёмные твари, и мёртвые воды, выпускающие их. Помните об этом…
Пауза. Пытливый взгляд.
О чём именно им надлежит помнить? Об осторожности? О боязни нечисти перед серебром? Излишнее, в общем-то, предупреждение. Ни о том, ни о другом забывать никто не собирается.
Всеволод всё же кивнул, давая понять, что принял слова Бернгарда к сведению.
— Не вздумайте лезть в озеро в серебрённых доспехах, — зачем-то добавил магистр. — Впрочем, без доспехов этого делать тоже не нужно.
Ещё кивок. Всё? Напутствие закончено?
— И ещё один… нет — не приказ — добрый совет. Вам следует поторопиться, если хотите вернуться в Серебряные Врата засветло. С замковых башен озеро на плато кажется близким, но на самом деле это не так. Расстояние в горах обманчиво.
Бернгард повернулся назад, позвал:
— Конрад! Бранко! Поедите с нашими м-м-м неустрашимыми союзниками…
«Неустрашимые» в устах тевтонского магистра прозвучало, как «неразумные». А, впрочем, так могло просто показаться. Чужая душа — потёмки. Истинный смысл, вложенный в чужие слова, тоже распознать бывает не просто.
— Проведёте их к озеру…
Вообще-то, на взгляд Всеволода, провожатых в ущелье-горловине, где при всём желании заблудиться мудрено, не требовалось. Другое дело — соглядатаи. Однако, вроде бы, и возражать против общества бывшего посла Закатной Сторожи и волоха-проводника причин нет.
Бернгард, не проронив больше ни слова, тронул коня. Братья-рыцари и кнехты тоже последовали за своим магистром в угрюмом молчании. Только топот копыт, да позвякивание доспехов.
— Мастер Бернгард прав, — сухо сказал Конрад. — Если хотите добраться до озера и вернуться в замок, прежде чем сядет солнце, нужно спешить.
Бранко не сказал ничего. Не теряя времени на разговоры, волох направил лошадь к ущелью. Наверное, в самом деле, следовало поспешать.
— Вперёд! — приказал Всеволод. — Скорой рысью!
Они спешили, подстёгивая и пришпоривая коней. Скакали там, где можно было скакать, карабкались по осыпающимся каменистым кручам, ведя лошадей в поводу. Снова садились в сёдла. Ехали, шли. Шли, ехали…
