– Как нет?! Меня вы оскорбили. Я – Безымянный призрак замка. Такого же, как вы невежу, встречаю в замке я впервые, – гордо объявился прямо из воздуха поэт, и ухмылку Айвана перекосило.
– Ах да, как я забыл, один призрак все-таки есть, – недовольно скривился он. Надо отдать должное – не испугался. – А насчет невежи… Да будет тебе известно, что перед тобой – его высочество Айван Первый!
Он горделиво подбоченился, повернувшись боком. Наверное, на обычного человека такое заявление и произвело бы впечатление. Но чтобы заткнуть замкового поэта, требовалось что-то посущественнее.
– Так это вы? Теперь припомнил… Вас на монетах видел раньше, но медный профиль вышел лучше. Художник вам польстил изрядно, – с сочувствием произнес призрак, сделал вид, что не заметил недовольства принца и переключился на Луизу. – А даму я запомнил лучше. Никак прекрасная Луиза решила нас почтить визитом? Ведь в прошлый раз мы не простились, бежали зайцем вы из замка!
Луиза покраснела, но крыть было нечем.
– Прости. Я знаю, что добавила хлопот своим побегом, – вздохнула она, перебирая тонкими пальцами розовый кончик косы. Кольцо с крупным бриллиантом бликовало в свете факелов.
– Хлопот? Поверьте, мне – нисколько. А то, что Маркус Безымянный провел в застенках целый месяц, вернулся в шрамах полумертвый и замок чуть не развалился – о том и говорить не стоит! – с деланым великодушием добавил поэт, вгоняя гостью в еще большую краску.
Алиса фыркнула и тут же покосилась на герцога. Не обидится ли он за Луизу? Но Маркус сидел каменным изваянием, напряженный и отстраненный, и не вмешивался. Наверное, вспомнил тюремные деньки и то, что драгоценная возлюбленная не подумала за него заступиться.
– Уйми своего шута, – сквозь зубы прошипел принц. Оскорбления в его адрес волновали Айвана куда меньше, чем нападки на невесту.
– Вы же сами просили призрака, ваше высочество, – спокойно напомнил Маркус, и не думая делать поэту замечание. – А призраки – существа своенравные.
– Но даже на них есть управа. Каспиан!
Некромант скинул капюшон, и среди прислуги раздался дружный ропот. Его признали, но воскрешению не обрадовались. Себастьян и вовсе подобрался, неуловимо преобразившись из добрейшего дворецкого в древнего и опасного вампира.
Каспиан оценил, вежливо ему кивнул и так же спокойно сотворил на ладони черные клубы дыма.
– Без обид. Ты, конечно, пошутить умеешь, – обратился он к призраку, – но помни, над кем смеешься.
– Совет предателя не нужен, – огрызнулся поэт, подкручивая ус. Собирался сказать что-то еще, но вдруг зашипел, задергался, как от боли. Такое уже было, но тогда на призрака взъярился Маркус. Сейчас же его держал некромант.
– Извинись перед его высочеством, и, возможно, тебя простят.
Судя по удавке, сплетенной черным воздушным жгутом и плотно стягивающей горло, извиняться призрак мог, лишь распластавшись ниц. Но, зная горделивого поэта…
Алиса, дитя современного мира, вовремя вспомнила небезызвестную сагу о мальчике-волшебнике и о том, как школьники отвлекали учителя, поджигая ему мантию. Длиннополой мантии у некроманта не было, но ее отлично заменил рукав шелковой черной рубашки. Сработало ничуть не хуже – Каспиан дернулся, сбивая пламя. Отвлекся, утратил контроль, и призрак растворился в воздухе.
– Кто посмел?! – виновницу он вычислил почти сразу, но, если и пытался навредить, Алиса ощутила лишь ветерок у лица. Черное проклятие кляксой растеклось по прозрачному куполу, отделившему их от Каспиана.
– Ты в своем уме? Угрожать моей жене в моем же доме, – тихо спросил Маркус, выставивший перед ними магическую защиту. Такого ледяного тона Алиса у него еще не слышала. Похоже, дорогой супруг был в бешенстве.
– Она вмешалась в правосудие. Твой чокнутый призрак оскорбил его высочество. Живого человека ждала бы смерть, мертвого – изгнание, – отозвался Каспиан, стряхивая остатки проклятия.
– Это мои земли, и я решаю, кого здесь судить, – напомнил Маркус. – Я и его величество. Если принц оскорблен, он может сообщить об этом королю. Но, боюсь, столь незначительные вопросы не вызовут у его отца должного понимания.
– А нападение на гостя замка? – он показал испорченный рукав.
– Моя жена – необученный маг. Естественно, она испугалась за слугу и совершенно случайно подожгла твой рукав. Безобидная шалость, на которую ты ответил смертельным проклятием. Поверь, я с радостью расскажу об этом его величеству и посмотрю, как ты выкрутишься на этот раз.
– Этот слуга – всего лишь призрак!
– С каких пор это имеет значение? Он – часть нашего замка, а значит, и семьи.
– Когда-то и я был его частью, – обидчиво заметил некромант.
– Ключевое слово – был. А сейчас ты тоже – всего лишь слуга, и даже не мой.
– Я не…
Маркус усмехнулся, и Каспиан проглотил конец фразы. Он не мог сказать, что не служит никому, когда рядом принц.
Герцог опустил щит.
