| What a charming soul she was, anyhow! How naive-how brooding! She had art-lots of it. | Сколько обаяния в этой девочке, в ее мечтательности, наивности, непосредственности и как чувствуется в ней одаренность! |
| Did he want to give her up? | Может ли он отказаться от нее? |
| As he might have known, it was dangerous to trifle with a type of this kind, particularly once awakened to the significance of promiscuity, and unless mastered by some absorbing passion. | Казалось, Каупервуд должен был бы понимать, что такой девушке, как Стефани, верить нельзя, тем более что не он первый пробудил ее чувственность, а настоящей всепоглощающей любви она к нему не испытывала. |
| Stephanie had had too much flattery and affection heaped upon her in the past two years to be easily absorbed. | К тому же последние два года ее так избаловали лестью и поклонением, что целиком завладеть ее вниманием было нелегко. |
| Nevertheless, for the time being, anyhow, she was fascinated by the significance of Cowperwood. | Правда, сейчас Каупервуд покорил ее обаянием своей силы. |
| It was wonderful to have so fine, so powerful a man care for her. | Разве это не восхитительно - видеть у своих ног такого замечательного, такого могущественного человека? - думала Стефани. |
| She conceived of him as a very great artist in his realm rather than as a business man, and he grasped this fact after a very little while and appreciated it. | В ее представлении он был не столько дельцом, сколько великим художником в области финансов, и Каупервуд вскоре это понял и был польщен. |
| To his delight, she was even more beautiful physically than he had anticipated-a smoldering, passionate girl who met him with a fire which, though somber, quite rivaled his own. | Стефани все больше и больше приводила его в восторг; он не ждал такого огня, ее страсть, хоть и сдержанная, не уступала его чувству. |
| She was different, too, in her languorous acceptance of all that he bestowed from any one he had ever known. | А как она принимала его подарки, с какой своеобразной ленивой грацией, так отличавшей ее от всех его прежних возлюбленных! |
| She was as tactful as Rita Sohlberg-more so-but so preternaturally silent at times. | У нее был такт, этим она напоминала ему Риту Сольберг, но в отличие от Риты она бывала порой так странно тиха и молчалива. |
| "Stephanie," he would exclaim, "do talk. | - Стефани! - взывал тогда к ней Каупервуд. -Вымолви хоть слово! |
| What are you thinking of? | О чем ты думаешь? |
| You dream like an African native." | Ты грезишь наяву, как дикарка с берегов Конго. |
| She merely sat and smiled in a dark way or sketched or modeled him. | Но она сидела молча и только улыбалась своей загадочной улыбкой и так же молча принималась набрасывать его портрет или лепить бюст. |
| She was constantly penciling something, until moved by the fever of her blood, when she would sit and look at him or brood silently, eyes down. | Она вечно чертила что-то в своем альбоме. Потом внезапно, охваченная страстью, откладывала альбом в сторону и молча смотрела на Каупервуда или, опустив глаза, погружалась в глубокую задумчивость. |
| Then, when he would reach for her with seeking hands, she would sigh, "Oh yes, oh yes!" | Он протягивал к ней руки, и она с легким радостным вздохом устремлялась к нему. |
| Those were delightful days with Stephanie. | Да, это были восхитительные дни. |
