Вдали стал виден подвесной мост. Но не успела Бетти сделать и нескольких шагов в его сторону, как в воздухе вокруг неё вспыхнули, засияв, серебряные нити. Они выглядели точно так же, как те, что она видела в Холмах, но теперь они не дрейфовали по ветру. Нити преградили им путь, как колышущаяся стена, и пройти вперёд или сойти с тропы не вышло бы: паутина поджидала их в двух шагах, точно зазевавшихся мух. Нити сплелись в сеть, которая оплела их со всех сторон, отрезая дорогу к мосту. Оставался только путь назад – прямо в лапы охотников.
– Что же делать? – в отчаянии прошептала Бетти.
– Мы… должны сдаться? – полувопросительно сказала Энн. – Дороги нет.
Мэри вдруг разозлилась.
– Глупости! Дорога есть всегда! Энн, сестрёнка, мы столько прошли… – Она сурово посмотрела на тени вдали. – Не дождётесь.
Никто не успел ничего ответить, а Мэри уже выхватила у Рубашечника из рук топор и бросилась на паутину. Она рубила сеть направо и налево, и топор проходил сквозь них, как сквозь податливое масло. И это Мэри – пугливая и осторожная Мэри, которая вовсе не хотела приключений! Вот уж правда, путь через Тени либо сломит тебя, либо выкует из стали.
Рубашечник первым бросился бежать – одной рукой прижимая к себе сумку с зеркалом, другой он подхватил обессилевшую Мэри, победившую сеть из нитей. Он поставил её на ноги и забрал топор.
– Вперёд!
Чёрные тени наплывали со всех сторон, и постепенно из сумрака появились высокие силуэты. Существа эти были закутаны в чёрные плащи, высокие сапоги их неслышно ступали по земле, а лица… Их лица Бетти увидела один раз и предпочла бы забыть навсегда.
Она-то думала, что у Охотника лицо плохо выражало эмоции и было точно высечено из камня! Она ошибалась.
Лица настоящих охотников только отдалённо напоминали человеческие. Они были равнодушными, и во взгляде была лишь пустота. И ещё жестокость, и Бетти понимала: эти существа пойдут на всё, чтобы выполнить приказ.
За их спинами клубилась непроглядная тьма.
Развернувшись лицом к врагам, Бетти начала медленно отступать. Охотник достал лук. Рубашечник встал рядом с ним, сжав древко топора и всем своим видом показывая, что собирается помочь Охотнику сражаться. Мэри-Энн крепко прижимались друг к другу и старались держаться как можно ближе к Бетти.
– Бегите, не стойте на месте! – крикнул Охотник.
Он начал отступать, держа лук натянутым. Рубашечник поднял топор. Бетти было ясно, что один этот топор ничем не сможет им помочь. Равно как и лук, и всё прочее, чем владели их друзья. Охотники обнажили оружие и двинулись на них – все как один, мрачной волной, от которой не было спасения.
– Всё, что нам надо, – успеть добежать до моста… – безнадёжно застонал Рубашечник через плечо.
Он, кажется, не верил, что им позволят это сделать.
Охотники чувствовали свою власть над беглецами, упивались их страхом. Казалось, страх заставлял нити светиться ярче, впитывать безнадёжный ужас, охватывающий любого при виде неподвижных лиц.
За ними не было видно ничего – только тьма, без единого блика света, матовая чернота, и Бетти вспомнила, что уже встречалась с такой чернотой. И сбежала от неё.
Сотни глаз Ткачихи наблюдали за ними со всех сторон. Ткачиха была здесь. Как огромный паук, который никогда не отпустит свою добычу, и чем больше жалкая муха будет биться в надежде спастись, тем крепче будет затягиваться паутина вокруг неё.
Но Бетти больше не было страшно. Ей было никак.
Силы покинули её.
Зачем бежать, если никто не ждёт?
Зачем…
Ткачиха пришла за ними.
Они проиграли.
Бетти медленно опустилась на колени, безжизненно глядя перед собой. Её, кажется, звали… Какие-то голоса… Она не слышала.
– Бетти! – Послышался вдруг голос, который девочка никогда уже не ждала услышать. – Бетти, ты слышишь меня?
– Артур? – вяло спросила девочка.
Рубашечник поскорее достал зеркало из сумки.
– Бетти, это я, – отражение Артура в куске зеркальной коры было размытым и тусклым, но угадывалось довольно отчётливо. – Ты в порядке? Это словно не ты, а кто-то другой… Как вы, идёте? Я дошёл до развалин в парке, тут, кстати, довольно живописно – и руины, и холмики повсюду, и мостик этот…
– Мостик?! Там есть мост? – Рубашечник вклинился в разговор, поняв, что Бетти не может сейчас ничего делать. – Говори!
Мэри-Энн подбежали к Бетти, подняли её с земли и встали по обеим сторонам от неё, не пытаясь закрыть от всевидящих глаз Ткачихи, но демонстрируя ей, что будут защищать до последнего Бетти и их единственную связь с реальным миром.
Погоня мчалась прямо на них – и, кажется, не собиралась снижать темп. Но внезапно что-то преградило им путь. Бетти не сразу поняла, что это – точнее, кто…
Таобсьер! Дорогой друг ветер примчался на помощь. А ведь они расстались, кажется, целую вечность назад.
Бетти отстранённо подумала, что должна радоваться его появлению, но даже слабую улыбку не смогла изобразить.
Охотники притормозили. Таобсьер задержал их, но на сколько могло хватить сил маленького ветра?
