Смотрю туда, куда он показывает. Две нимфетки горячо танцуют в центре зала. Приглядываюсь и понимаю, что это они: Мелроуз и та самая её подруга. Ого. Вот то, о чём я говорю. Эти шлюхи строят из себя правильных и «особенных», а по сути всё оказывается иначе.
— Эта задница брюнетки прямо не даёт мне покоя, я бы…
— Ты бы рот свой закрыл, — предупреждает Рид, развалившийся на стуле слева от меня.
— Ты это мне, Брукс? Или я ослышался? — злится Рой, пытаясь перекричать музыку.
— У тебя отличный слух, — отвечает он.
— Что за претензии? — брат щурится и в недоумении смотрит на парня.
— Надеюсь, что ты меня услышал…
— Это его сводная сестра, — вмешивается Тори, девушка Рида. — Присматривает за ней, отец просил.
— Понятно, извини, я же не знал, друг.
— Сводная сестра? А ты не говорил, — удивляюсь я, наклоняясь к нему.
Брукс недовольно косится в сторону танцпола. Я от скуки тоже глазею туда. И там замечаю то, что мне не нравится: Роуз и Лерой, слишком близко друг к другу. Он снова злится, а она улыбается.
Вот значит как: мне отказала, а с ним танцует. Обида жжёт лицо, и я раздражённо окидываю их недовольным взглядом.
Встаю, направляясь в сторону туалетов. От количества выпитого мутит, в голове начинает постукивать дятел. Умываю лицо холодной водой. Да плевать на эту девку. Что в ней такого? Вот прямо сейчас отыщу себе тело на ночь. Удобно и ненапряжно, без лишних соплей, уговоров и сантиментов.
Толкаю дверь и иду по коридору. Навстречу опять она. Сворачивает направо, исчезая в уборной. Тут же следом Лерой успевает попасть внутрь. Щёлкает замок. Вот тебе, пожалуйста.
— Гай, а мы уже уходим, — лепечет то ли Джанель, то ли Джанет. Имени я не запомнил.
— А поехали ко мне в клуб? — предлагаю я девчонкам.
— А поехали! — соглашается вторая, и они переглядываются.
Вот это я понимаю. Легко и непринуждённо.
Однако уже под утро, всё кажется не таким приятным. Голова гудит, тело в ауте. Не помню как провёл ночь: что делал, где был, и почему они обе в моей постели… Зато помню момент, намертво врезавшийся мне в память: он и она, туалет и шелчёк закрывающейся двери.
Роуз
Иду по коридору, пытаясь унять пожар в груди.
«Не стоит затрагивать тему дружбы с тем, кто жаждет видеть тебя в своей постели».
Эта фраза выбила меня из колеи, заставила вздрогнуть от неожиданности и покраснеть от смущения. К этой его прямолинейности просто невозможно привыкнуть.
Чего мне стоило продержаться те три минуты, один лишь бог знает, но была в этом и хорошая сторона… Я уверена, что он удивлён, раздражён и зол на меня. Ведь весь вечер я игнорировала его, а потом и вовсе понеслась во все тяжкие.
Странное дело, я жаждала убедить его в том, что он ошибается, или всё же доказать себе, что права? Добилась ли я чего хотела? Наверное да, но легче не стало…
— Что ты делаешь? — я резко оборачиваюсь, потому что теперь в туалете не одна.
Он запирает дверь, и это меня настораживает.
— Ты сама хотела поговорить, маленькая, — Картер подходит ко мне слишком близко, и я отступаю на шаг назад. Упираюсь в столешницу и двигаться больше некуда. Я так спешила к холодной воде, что совсем забыла о том, что нужно закрыть злосчастную дверь.
И вот теперь он совсем рядом. Мне стоило бы догадаться, что так легко сбежать не удастся. И вот в чём проблема: одно дело разыгрывать равнодушие там в зале, и совсем другое — находиться с ним здесь наедине.
— Лерой, прекрати, — пытаюсь остановить его я.
Картер стоит в расслабленной позе, руки в карманах, стильная чёрная рубашка расстёгнута на пару пуговиц. Мне нравится, когда он так одет…
— Вся твоя смелость испаряется, стоит нам оказаться вдвоём, — подмечает он, словно читая мои мысли, и уголок рта едва заметно поднимается вверх.
— Картер, пожалуйста, давай не здесь, — сердито прошу я, бросая быстрый взгляд на дверь.
Мне не нравится то, что происходит, кто-то ведь мог заметить, что мы вошли сюда. Он ставит руки по обе стороны от меня, и я напрягаюсь ещё больше.
— Значит, хочешь дружить со мной? — ухмыляется он и медленно смотрит на меня сверху вниз.
От этого взгляда у меня учащается сердцебиение, потому что слишком много всего намешано в его карих глазах.
