Я села на пол и заплакала. Как Алиса в Стране чудес, я наплакала сразу целое море. Оттуда вынырнул папа. Я не ожидала, что он так быстро из сердитого станет испуганным. Папа снял с меня куртку и ботинки. Потрогал лоб.
– Ой, Диночек! Да у тебя температура! Что ж ты сразу не сказала?!
Папа засуетился, как-то мгновенно сварил морс, сходил в магазин, сделал мне горячий шоколад, сел у меня в ногах кровати и стал звонить маме.
А я все плакала и плакала. Из-за всего сразу. Из-за Маши и из-за Логинова, из-за несъеденной пиццы, от жалости к себе и даже немного от счастья: мне было так хорошо под одеялом с шоколадом и папой, и мама обещала прийти пораньше.
Я проснулась оттого, что родители тихо ссорились на кухне.
– Зачем мне больничный брать? Ты же дома! – шипела мама.
– Но мне работать надо! – сердился папа.
– Мне тоже, между прочим! Я из дома работать не могу, ты же знаешь! Мне даже сесть некуда с ноутбуком. Только сядешь на кухне – или обедать пора, или чай кто-то придет пить.
– Да ты у Дины сядь, она все равно болеет.
– Спасибо! Издеваешься? Я не могу работать у Дины в комнате! Мне сразу хочется навести там порядок.
– Жаль, что тебе в нашей комнате не хочется навести порядок!
– Боюсь, мой порядок тебе не понравится. Это не мои бумажки везде валяются. И носки тоже не мои.
Иногда мне кажется, что они специально стараются поссориться. Вот бывают киношные злодеи, а они как киношные родители, которые ругаются и стараются наговорить друг другу побольше несправедливых гадостей. Только, к сожалению, обижаются они друг на друга по-настоящему. Главное, я прямо знаю, что, если б мама сказала чуть-чуть по-другому и папа не стал бы ехидничать, все было бы нормально и они не игнорировали бы друг друга весь вечер. Как будто специально! Прям как маленькие.
Папа у меня гениальный математик, так мама говорит, когда они не ссорятся. Работает он дома. Только иногда ходит на семинары или на конференции ездит, ну или в библиотеку, но теперь всё в интернете в основном. А мама работает в издательстве, у нее там «дым коромыслом», как она выражается. Это значит, что от нее все чего-то все время хотят. Поэтому домой она приходит поздно и усталая.
Я включила ночник, взяла телефон и посмотрела на часы – 23:30. Такое странное ощущение. Как будто потерялась где-то во времени. Делать ничего не надо, спать уже не хочется. Вылезать из кровати тоже. Стала читать телефон, но сразу разболелась голова. Решила полистать свой дневник. Так странно, последнюю запись я сделала всего сутки назад, за это время столько всего произошло.
Мама договорилась и на следующий день все-таки не пошла на работу. Я проснулась поздно, в окно светило солнце. Мне даже показалось сначала, что я выздоровела. Мама сделала яичницу и гренки. А потом папа сварил им с мамой кофе, а мне – шоколад. Казалось, что вдруг наступило какое-то внеочередное воскресенье. Но не успела мама выпить свой кофе, как ей начали звонить.
Мама ушла в комнату и вернулась с компьютером. Воскресенье закончилось.
– Сделай ей полоскание, – прошептала мама папе и заугукала в трубку.
– Стоило оставаться дома, чтоб все равно работать, – пробурчал папа, но мама, к счастью, его не слышала.
К середине маминого рабочего дня я чувствовала себя совершенно вымотанной. Как будто я вела все эти бесконечные переговоры. Оказывается, у мамы столько разных голосов – для «девочек», с которыми она сидит в комнате, для начальницы, для авторов, для каких-то теток из технического отдела. Наверное, и голос для «него» – тоже. Мне не хотелось думать об этом, мне не хотелось слушать, но у нас в квартире слышно все: когда соседи справа смотрят телевизор, когда соседи сверху делают зарядку, я даже слышу иногда, когда папа стучит по клавишам компьютера. Я лежала у себя в комнате, закрыла дверь и музыку включила погромче. Но это не помогало.
«
Но мамин голос проникал с кухни:
– Леночка, прости, у меня дочка заболела. Ага. Температура. Сходи, пожалуйста, к корректорам. Спроси про мою азбуку. Огромное нечеловеческое спасибо! Всё! С меня шоколадка!
«
– Катюш, у меня Динка болеет, я не выйду сегодня. Не знаю. Завтра постараюсь. У меня на столе там обложки. Да. Если пойдешь, захвати мои, плиз.
