– Минус три. – Я надеялась, что мама промолчит и папа наконец уйдет.
– Помой папе яблоко, – сказала мама.
– Не надо уже никаких яблок! Водички мне налей в бутылку, если можешь.
– Ну все, я пошел! – папа стал стягивать с вешалки шарф, и тут на него обрушилась гора шапок. Моих и маминых.
– Я подниму, – быстро сказала я, не хватало еще, чтоб папа устроил очередную разборку с мамой из-за «нашего бардака». Мама демонстративно сидела на кухне и провожать папу не вышла.
Я закрыла за папой дверь, послушала, как подъезжает лифт, закрываются двери, а потом через время открываются на первом этаже. Хлопает подъездная дверь. Потом вернулась на кухню. Мамы там уже не было. Я решила сделать нам с мамой имбирный чай, как в кафе иногда делают. Мама почему-то очень радуется, когда я «хозяйничаю». Я видела в окно, как папа идет по снегу через двор, прижимает плечом телефон к уху, а другой рукой роется в сумке. В итоге телефон падает в снег. Прямо как у меня. Пожалуй, я не злилась на папу, его тоже было жалко.
Я достала стеклянный чайник, помыла, нарезала тоненько имбирь, лимонные кружочки разделила на четыре части, добавила палочку корицы для красоты, звездочку бадьяна и несколько гвоздичин. Когда чай заварился, налила его в мамину любимую зеленую чашку и положила рядом на блюдце кубик коричневого сахара, я знаю, что мама не пьет с сахаром, но это я для красоты.
Мама сидела в их с папой комнате за папиным компьютером. На экране были фотки какого-то отеля.
– Мы что, куда-то едем?
– Нет, – сказала мама. – Никуда мы не едем. Мне надо просто немного успокоиться. Я в таких случаях залезаю на сайты с горящими путевками. Вот смотри, Кемер, «прекрасные апартаменты с видом на море, в отеле есть два бассейна, спа, бесплатный пляж». Чем это пахнет? – мама только сейчас заметила чашку. – Ой, это мне?! Спасибо!!!
– А прикольно было бы куда-нибудь поехать. Я еще никогда не ездила к морю зимой.
– Да, мечтать не вредно. Я б тоже не отказалась.
– Мам, а почему тогда горящие путевки, если это все равно только помечтать? Тогда можно не Турцию смотреть, а Гавайи или там Бали.
– Мечтать тоже надо реалистично! – мама одним движением закрыла все вкладки. – Ладно, мне еще надо сделать кое-что. Спасибо за чай!
Я пошла в комнату. Открыла свою геометрическую тетрадку. Про уроки было противно даже думать, да и писать настроения не было. Я перечитала все, что написала до этого, и стала рисовать треугольнички, а внутри них разные сердечки, кружочки и просто бесформенные штуки.
Прикольно! К своей книге я смогу сама нарисовать иллюстрации, потому что они очень простые. Я представила себе довольно толстую книжку с небрежно написанным именем на обложке: Дина Никитина, – а внутри такие вставки как бы на клетчатой бумаге, и на них мои каляки-маляки.
У плосков все переживания внутри. Снаружи не видно. Если, например, умер кто-то внутри, снаружи все как было. А внутри – дыра. Потом она заживает, и ты меняешь свой статус.
В старые времена никто мог и не знать, что ты занят. Если плоск придерживался традиционных представлений и не давал своей амбии выхода на поверхность, держал ее строго внутри себя. Тогда несвободные плоски надевали специальные опознавательные знаки, вроде наших обручальных колец. Только у них это просто полоска на одной из сторон.
И еще я такие схемы нарисовала. Треугольник, а из него торчит амбия – прогрессивные современные отношения.
Треугольник, а в нем амбия внутри – традиционные отношения.
Треугольник, а в нем амбия, разделенная на несколько частей, – это когда фигура угнетает амбию.
Треугольник, а в нем амбия, разделенная на несколько сердечек, – это когда фигура угнетает амбию под видом счастливых отношений.
А еще я такое придумала – жесть! Я нарисовала треугольник, а в нем две разные амбии разного цвета. И обе, кажется, не рады.
Решила зайти в школьный чат, там бурная жизнь, у Вероники, оказывается, сегодня ДР, ее все там поздравляют. И Логинов в первых рядах. Она там даже опрос замутила: в какой следующий цвет ей покраситься – фиолетовый или синий? Обычно она у себя во ВКонтакте такие опросы постит: повесит две фотки, в платье и, скажем, в шортах. И устраивает голосование, какая лучше.
Прошла неделя, а горло все болело и в школу не хотелось.
– Ладно, посиди еще недельку, – сказала мама. – Уроки только делай.
– Мы тебя на хозяйство тогда определим, – обрадовался папа.
– Пап, а давай что-нибудь интересное для мамы приготовим. Тирамису там или еще что-нибудь, – сказала я, когда мама ушла.
– Как его готовить-то? Ну хочешь – попробуй. Посмотри, что там нужно, – папа особого восторга не выразил.
От идеи тирамису я в итоге отказалась, когда прочитала, что нужен маскарпоне и печенье савоярди. Я даже слов таких не слышала никогда.
