— Не жалеешь? — спросил Алексей.
— Пока нет. А ты?
— Я тебя поддержу в любом случае. Но давай подумаем, что мы хотим сделать в первую очередь.
— У меня есть несколько идей.
— Каких?
— Во-первых, медицина. Можно создать настоящий госпиталь с современными методами лечения.
— Интересно.
— Во-вторых, образование. Можно открыть школу, где будут учить не только грамоте, но и основам наук.
— А церковь разрешит?
— Если правильно подать, то разрешит. Скажем, что это для подготовки грамотных мастеров.
— А в-третьих?
— В-третьих, можно заняться изобретательством. Улучшить существующие механизмы, создать новые.
— Амбициозные планы.
— Да. Но теперь у нас есть возможность их реализовать.
В Екатеринбурге их ждали новости. Василий Никитич встретил с озабоченным видом.
— Как дела в Невьянске? — спросил он.
— Хорошо. Решили проблему с качеством железа.
— Отлично. А вот у нас тут проблемы начались.
— Какие?
— Церковь вопросы задает. Про ваши методы работы.
Антон почувствовал холодок в животе.
— Что именно интересует?
— Откуда у вас такие знания. Не связаны ли они с... нечистой силой.
— И что вы ответили?
— Что вы человек благочестивый, знания получили от отца. Но они настаивают на личной беседе.
— Понятно. Когда?
— Завтра. К отцу Никодиму на беседу.
Антон понимал, что настал критический момент. Если церковь заподозрит его в чем-то неладном, то все планы рухнут.
— Что будем делать? — спросил Алексей, когда они остались одни.
— Готовиться к беседе. Нужно продумать все ответы заранее.
— А что, если они не поверят?
— Тогда придется срочно уезжать к Демидовым. Но лучше бы этого избежать.
Вечер они провели в подготовке. Антон повторял легенду о своем происхождении, продумывал объяснения для каждого из своих нововведений.
— Главное — не противоречить себе, — говорил Алексей. — И ссылаться на авторитеты, которые церковь признает.
— Да. И подчеркивать благочестивость намерений.
— А что с лабораторией?
— Придется спрятать все современное оборудование. Оставить только то, что может быть в XVIII веке.
Они провели полночи, пряча компрометирующие предметы и переделывая лабораторию под "мастерскую старинного алхимика".
Утром Антон отправился к отцу Никодиму. Священник встретил его в своем кабинете, за столом, уставленным книгами.
— Садитесь, Антон Глебов, — сказал он. — Нужно поговорить.
— Слушаю вас, отец.
— Дошли до меня слухи о ваших... достижениях. Говорят, творите чудеса с металлом и рудой.
— Не чудеса, отец. Просто применяю знания, которые получил от родителя.
— А родитель ваш где эти знания взял?
— Из старинных книг. И от своих учителей.
— Каких учителей?
— Монахов из Спасо-Преображенского монастыря. Там была большая библиотека, много ученых людей.
Отец Никодим кивнул. Он явно знал этот монастырь.
— А сами вы монастырь тот видели?
— Нет, отец. Родитель умер, когда я еще молод был. Не успел меня туда свозить.
— Понятно. А скажите, не используете ли вы в работе... заклинания? Обращения к духам?
— Боже упаси! — искренне воскликнул Антон. — Я человек православный. Все, что делаю, делаю с молитвой к Богу.
— А как же объяснить ваши успехи? Люди говорят, что вы можете из плохой руды хорошую сделать.
— Не делаю хорошую из плохой, отец. Просто умею отделить хорошее от плохого. Господь создал в земле и полезные металлы, и пустую породу. Нужно только знать, как их разделить.
— И как же?
Антон начал объяснять принципы обогащения руды, представляя их как "естественную философию".
— Видите ли, отец, все в природе имеет свои свойства. Железо тяжелее камня, медь тяжелее железа. Если знать эти свойства, можно использовать их для разделения.
— Интересно. А откуда знаете свойства?
— Из наблюдений. И из книг, которые оставил родитель.
— А книги эти можно посмотреть?
— К сожалению, нет. Сгорели в пожаре, когда я еще в дальних краях жил.
Отец Никодим задумался.
— А лечить людей пробовали?
— Пробовал. Простые средства — травы, настойки.
— А помогает?
— Иногда помогает. Господь дал людям разум, чтобы они могли лечить друг друга.
— Правильные слова. А что используете для лечения?
— Ивовую кору от лихорадки. Мед с травами от кашля. Плесень хлебную от гниения ран.
— Плесень? — удивился священник.
— Да, отец. Заметил, что если на гнойную рану наложить хлебную плесень, то гниение проходит быстрее.
— Странно. А откуда такая идея?
— Из наблюдений. Видел, что звери, когда ранятся, иногда валяются в гнилых листьях. А потом раны у них заживают быстрее. Подумал — может, и у людей так будет.
— Разумно. Господь действительно дал животным инстинкт к самолечению. А результаты как?
— Хорошие, отец. Уже нескольких людей вылечил. Раны заживают без гниения.
Отец Никодим долго молчал, обдумывая услышанное.
— Ну что ж, — сказал он наконец. — Не вижу в ваших методах ничего богопротивного. Наоборот, используете разум, который дал Господь, для помощи ближним.
— Именно так и стараюсь, отец.
— Но будьте осторожны. Люди склонны подозревать колдовство во всем необычном. И еще... — он помолчал. — Если найдете что-то действительно необычное, сразу сообщайте церкви.
— Обязательно, отец.
— Тогда идите с Богом. И продолжайте ваше полезное дело.
