— Можно, но с условиями. Программа переобучения должна быть экономически обоснованной. Нельзя тратить казенные деньги на благотворительность.
— Конечно. Я составлю подробный план.
Работа над планом переобучения заняла несколько недель. Антон предлагал создать специальные курсы для торговцев и мелких производителей пороха. Они изучали бы новые технологии, получали лицензии на изготовление улучшенных составов, получали льготные кредиты на переоборудование.
— Умно, — сказал Севергин, изучив план. — Так можно превратить противников в союзников.
— Именно. Люди будут поддерживать новшества, если увидят в них выгоду для себя.
Но внедрение плана столкнулось с бюрократическими препятствиями. Различные ведомства не могли договориться о финансировании и контроле. Дело затягивалось.
В это время произошло событие, которое изменило всю ситуацию. В Европе началась Семилетняя война. Пруссия выступила против коалиции европейских держав, в которую входила и Россия.
— Антон Кузьмич, — сказал Суворов, вбежав в лабораторию с известием, — война началась! Нужно срочно наладить массовое производство нового пороха.
— А что с планом переобучения?
— Отложим до лучших времен. Сейчас главное — обеспечить армию лучшим вооружением.
Работа в лаборатории стала еще более интенсивной. Антон и его команда работали по шестнадцать часов в сутки, совершенствуя составы, налаживая технологию массового производства.
— Нужно не только улучшить качество пороха, — говорил Антон на совещании, — но и ускорить его изготовление. Война требует больших количеств боеприпасов.
— А как это сделать? — спросил Молчанов.
— Механизировать производство. Заменить ручной труд машинами там, где это возможно.
— Но машины дорогие...
— Зато они работают быстрее и дают более стабильное качество. В долгосрочной перспективе это выгодно.
Антон разработал проект механизированного порохового завода. Вместо ручного перемешивания компонентов предлагались специальные барабаны. Вместо ручного прессования — гидравлические прессы. Вместо сушки на воздухе — специальные печи с контролируемой температурой.
— Революционно, — сказал Генкель, изучив проект. — Такой завод сможет производить в десять раз больше пороха, чем обычный.
— И качество будет стабильнее, — добавил Севергин. — Машины не устают и не ошибаются.
Проект был одобрен военным руководством. Для строительства нового завода выделили участок под Петербургом, назначили крупное финансирование, мобилизовали лучших мастеров.
Антон стал главным инженером проекта. Это была огромная ответственность, но и огромная возможность воплотить свои идеи в жизнь.
Строительство началось летом 1756 года. Антон лично контролировал каждый этап работ. Он понимал, что от качества постройки зависит не только эффективность производства, но и безопасность людей.
— Фундамент нужно делать особенно прочным, — говорил он строителям. — Вибрация от машин не должна разрушить здание.
— А стены?
— Толстые, с пустотами для вентиляции. В пороховом производстве свежий воздух — залог безопасности.
— А крыша?
— Легкая, чтобы в случае взрыва она улетела вверх, а не обрушилась внутрь.
Параллельно со строительством шла работа над оборудованием. Антон применял все свои знания современной техники, адаптируя их к возможностям XVIII века.
— Видите, — объяснял он мастерам, изготавливавшим смесительный барабан, — внутри должны быть специальные лопасти. Они перемешивают компоненты пороха равномерно и быстро.
— А как барабан вращать?
— Водяным колесом. Вода даст постоянную, ровную силу.
— А если воды не хватит?
— Построим плотину, создадим запас воды. Рассчитал — нужно водохранилище объемом в тысячу кубических саженей.
Работа продвигалась быстро, но не без проблем. Некоторые мастера не понимали новых технологий, другие сопротивлялись изменениям. Приходилось постоянно объяснять, убеждать, иногда и принуждать.
— Антон Кузьмич, — жаловался один из кузнецов, — эти новые механизмы слишком сложны. Проще делать по-старому.
— По-старому медленно и ненадежно, — отвечал Антон. — А нам нужно быстро и качественно.
— Но если что-то сломается, кто чинить будет?
— Научим. Для каждого механизма составим подробную инструкцию.
— А если и так не поймут?
— Создадим школу для механиков. Будем готовить специалистов по обслуживанию нового оборудования.
К осени основные здания были готовы. Началась установка оборудования. Антон лично проверял каждый механизм, каждое соединение.
— Помните, — говорил он рабочим, — одна ошибка может стоить многих жизней. Лучше переделать десять раз, чем допустить брак.
Первое испытание завода состоялось в ноябре. Антон волновался как никогда. От успеха этого дня зависела судьба всего проекта.
— Готовы? — спросил он у Молчанова, который руководил первой сменой.
— Готовы, Антон Кузьмич. Все проверили по три раза.
— Тогда начинаем.
Механизмы завода ожили. Водяные колеса начали вращаться, приводя в движение смесительные барабаны. В них загрузили первые порции компонентов пороха.
