— Каких именно?
— Использование кислот для очистки селитры. Это повысит ее качество и, соответственно, силу пороха.
— Интересная мысль. А как обеспечить безопасность работы с кислотами?
— Специальная вентиляция, защитная одежда, нейтрализующие растворы на случай аварии.
Иоганн Генкель предложил совершенно другой подход.
— Герр Глебов, — сказал он на ломаном русском языке, — в Германии мы используем для взрыва руды не только порох. Есть другие составы.
— Какие?
— Смеси на основе серы и металлических порошков. Они дают более направленный взрыв, лучше подходят для горных работ.
— Можете показать?
— Конечно. Но нужны особые меры предосторожности. Эти составы очень чувствительны.
Работа закипела с новой силой. Команда экспериментировала с различными составами, испытывала их эффективность, изучала продукты реакций. Антон применял свои знания современной химии, стараясь при этом не выходить за рамки возможного в XVIII веке.
Особенно интересными оказались эксперименты с направленными взрывами. Антон понимал принципы кумулятивного эффекта и смог объяснить их своим коллегам в терминах XVIII века.
— Представьте, — говорил он, — что взрыв — это не просто разрушение, а направленная сила. Если правильно придать форму заряду, можно сосредоточить эту силу в нужном направлении.
— Как это применить на практике? — спросил Севергин.
— В горном деле — для точного дробления породы. В военном — для пробивания укреплений.
— Инт
Осень 1757 года была для России временем побед и испытаний. Русская армия одержала блестящую победу при Гросс-Егерсдорфе, а новый порох, созданный Антоном Глебовым, показал свою эффективность в боевых условиях. Но война требовала не только пороха — нужны были металл для пушек, инструменты для армии, снаряжение для солдат. И все это в невиданных прежде количествах.
Антон стоял на крыльце своего дома в Петербурге, читая письмо от Федьки Косаря. Старый друг писал из родной деревни, где дела шли неплохо, но были и проблемы.
"Дорогой Антон Кузьмич! — читал он знакомый корявый почерк. — Шлем тебе поклон и добрые вести. Руду добываем исправно, новые жилы нашли. Данила Гончаров теперь сам учителем стал, обучает людей из соседних деревень. Алешка Кузнецов серебро нашел, как и обещал — пробу брали, хорошее серебро, чистое.
Но есть и беда. Барин новый приехал, Григорий Андреевич помер весной. Новый барин — племянник его, Павел Андреевич зовут. Молодой еще, да злой. Говорит, что мужики больше положенного себе берут, что доходы малые. Хочет оброк увеличить и больше людей на барскую работу гонять.
Мы ему объясняем, что если меньше в шахтах работать будем, то и руды меньше добудем. А он не слушает. Говорит, что земля барская, руда барская, а мы только работники.
Не знаем, что делать. Может, ты слово замолвишь? Ведь ты теперь человек известный, при дворе бываешь."
Антон сложил письмо и тяжело вздохнул. Он давно ждал, что такая ситуация возникнет. Его деятельность повышала доходность месторождений, но кому доставались эти доходы? В основном — помещикам и заводчикам. Крестьяне получали лишь малую часть от того богатства, которое сами же и добывали.
В этот момент к дому подъехала карета. Из нее вышел Федор Сопин, который теперь был одним из помощников Антона в школе. Молодой человек выглядел взволнованным.
— Антон Кузьмич, — сказал он, поднимаясь на крыльцо, — у нас проблемы. Серьезные проблемы.
— Какие?
— Бунт на Нижне-Тагильском заводе. Рабочие отказываются выходить на смену, требуют повышения жалованья и улучшения условий.
— А причина?
— Говорят, что работы стало больше из-за военных заказов, а платят по-прежнему. Да еще мастера требуют выполнять нормы, которые раньше никто не выполнял.
Антон понимал, что это прямое следствие его деятельности. Повышение эффективности производства, внедрение новых технологий, увеличение производительности — все это ложилось дополнительным бременем на плечи рабочих.
— А Демидов что говорит?
— Никита Акинфиевич в ярости. Грозится вызвать войска, всех зачинщиков в солдаты отдать. Но управляющий Шишкин боится, что это только ухудшит ситуацию.
— Правильно боится. Силой тут не поможешь.
— А что тогда делать?
Антон задумался. Ситуация была сложной. С одной стороны, он не мог открыто выступать против интересов Демидова — это означало бы потерять покровителя и, возможно, жизнь. С другой стороны, он не мог равнодушно смотреть на угнетение людей, которые применяли его методы и технологии.
— Поедем в Тагил, — решил он. — Попробуем разобраться на месте.
— А разрешение получим?
— Получим. Скажем, что нужно проверить качество производства военной продукции. Это сейчас приоритет.
Разрешение на поездку получить оказалось несложно. Военное ведомство действительно было обеспокоено перебоями в поставках металла с уральских заводов. Граф Шувалов лично поручил Антону выяснить причины проблем и найти способы их решения.
— Антон Кузьмич, — сказал граф на прощание, — помните — война на первом месте. Нам нужен металл для пушек, железо для оружия. Без этого армия воевать не сможет.
