Но вслух Бреннер сказал, будто суммируя выводы:
– А почему, как вы думаете, русские спохватились искать «кузена» сейчас, спустя два года после того, как его, – вот уж не знаю, в какой степени, – гениальное изобретение кануло в воду?
– Вообще-то, – фыркнул капитан-лейтенант Нойман, – я полагал, что это только подтверждает ваш недавний тезис об их бюрократической тупости и бестолковости. Потерять столь ценного инженера.
– И так старательно его искать сейчас. Видимо, им стала известна истинная ценность его работы, – выразительно закончил за него Карл-Йозеф.
– Значит, в этой подводной красавице действительно что-то есть, – прищурился на гауптштурмфюрера капитан-лейтенант.
– И именно поэтому русская разведка не должна допустить, чтобы это «что-то» попало к нам в руки, – с ответной пристальностью уставился на него поверх круглой оправки очков Карл-Йозеф. – По крайней мере, им нужно будет точно знать, что известно нам об этой, как вы выразились, «красавице». Это непреложный закон инженерного противостояния.
– Вы думаете, с русскими разведчиками здесь будет и соответствующий специалист? – не то уточнил, не то предположил Мартин Нойман.
– Едва ли сам «кузен» Бреннер… – сухо улыбнулся гауптштурмфюрер, – староват для таких затей профессор физико-технической комиссии Академии Его Величества. Но кто бы ни прибыл, об этой торпеде он будет знать всё.
– Вам не откажешь в логике, – решительно кивнул Мартин. – В таком случае, попросим русских поторопиться. Пусть ваш «Еретик» сольёт им новость, что мы пока ещё не подняли торпеду, а только
«Хорошо бы, чтоб “не раскрываясь”, – забарабанил гауптштурмфюрер пальцами левой руки по столу. – А то ей ещё и очередное звание дадут».
– Устроим ей случайный радиоперехват, – сказал он вслух, подытожив обсуждение хлопком ладони по столу.
– Но наших абверовских кодов они не знают, – отрицательно покачал седой головой Нойман. – Не открытым же текстом? Слишком наивно.
Но запнулся, увидев блуждающую в сухих губах улыбку Бреннера.
– Зато они достаточно хорошо знают терминологию интендантской службы вермахта, – пояснил свою «легкомысленность» тот. – Прямо скажем, не слишком секретную, чтобы разобраться, какого калибра у нас «баклажаны» и сколько жил и какое сечение у медных полевых «гадюк». Я бы посоветовал вам составить список легкоузнаваемого по образам и индексациям оборудования снаряжения для водолазных работ и подъёма со дна взрывоопасных и весьма габаритных предметов.
– Думаете, догадаются?..