Тотариал полностью

“– Зачем ты согласился!!? Он же не вещь, Джефферсон! Ты понимаешь это?? Ты только что отдал своего лучшего друга в руки этой бабке! ..ты только что предал его, ради обычной безделушки. – прежде кричав, тише и безнадежно закончила Элизабет. Она понимала, что этого уже не исправить, поэтому просто развернулась и направилась к выходу из пещеры.

– Постой, я объясню. Я никогда бы не поступил так с Мартином и сейчас я его не предал. – юноша был совершенно спокоен, он не собирался заставлять его выслушивать и не испытывал страха, он так же не собирался оправдываться. А просто рассказать задумку. Как все есть на самом деле. Правду. Даже если она не простит его и откажется слушать."

– Ну же, впусти меня, детка. Я ведь не спал с ней. Я могу все объяснить, если хочешь, – Джеймс долбился в мою дверь уже минут двадцать. И я совсем не могла понять его мотивацию, для чего ему все объяснять? И как он собирается оправдываться?

“Помни: нужно держать лицо,” – надев дежурную улыбку, я повернула дверную ручку и потянула на себя. На пороге Джеймс засверкал своей белоснежной улыбкой. Весь его вид говорил: “Наконец-то” . Даже странно, что пришел он, а не она.

– Да, конечно, проходи, любимый. Я все тебе прощу, – наивно с нотками раздражения заговорила я. Но первый его шаг на порог был встречен коленом в пах. Он согнулся пополам от боли и, мне, возможно, впервые было жаль его, ведь из нас двоих именно он выглядел жалким и беспомощным. Жаль не потому что я его ударила и он испытал физическую боль, а потому что он подвел меня и знал, что это чревато последствиями. Я совсем не хотела его выслушивать, но мне немного нравилось наблюдать как он страдает. Раньше я бы над ним посмеялась, но не сейчас, не тогда, когда сама утопаю в моральной боли.

– Уходи, – я устало поправила волосы, надрываться не хотелось да и сил на это не было.

– Дай мне еще один шанс, – к моему удивлению, его голубые глаза были наполнены терзаниями и мукой, безнадежно одурманены надеждой на мое благоразумие или же сострадание. Я усмехнулась, видимо Мишель обучила его актерскому мастерству. Сердце вновь защемило, но я не была готова это пережить снова.

– Проваливай! – я начала закрывать дверь, выталкивая ею Джеймса за порог.

– Подумай о нашем положении, – начал тараторить он в закрывающуюся щель, – Если мы расстанемся наши последователи снова разделяться. Малышка, мы такой хороший дуэт, у нас отличное будущее, если продолжать пиарить друг друга и объединять усилия. Неужели ты этого не понимаешь?

– Пфф, – и я еще позволила себе полюбить его. Идиотка! – Свали, придурок! И не подходи ко мне больше. Не смей прикасаться или пытаться заговорить. Я больше не желаю иметь ничего общего с тобой. Никогда.

– Я.. мне.. Френк… – он подставил ногу в проем, не желая уходить. Я в последний раз посмотрела в его наглое бесстыжее лицо, а в глазах читалось отчаяние. Тоже мне – страдалец. Джеймс тяжело вздохнул и попрощался, – прости, я сожалею.

– Я рада. А теперь на выход, – дверь хлопнула, по ту сторону послышались маты и нецензурная брань, видимо я ему что-то прищемила. Это были его первые настоящие эмоции за три месяца.

Я без сожаления поднялась по лестнице на второй этаж в свою комнату и достала с полки любимую книгу.