Через день проходили занятия по ведению наблюдения. Группа расположилась на траве под пожелтевшей берёзой. Полукругом перед преподавателем. Пожилой капитан рассказывал о задачах снайпера.
— Главной наипервейшей задачей снайпера, приступившего к наблюдению, является изучение и оценка обстановки обороны противника в своём секторе наблюдения с учётом особенностей местности и данных о противнике, полученной от командира подразделения в зоне ответственности которого вы действуете. Что для этого требуется? Правильно — общий осмотр местности невооружённым взглядом и установить…
Он обвёл взглядом группу, задержался на Мишке.
— Вот вы, сержант, можете сказать, что именно вы будете устанавливать, осматривая местность? Не вставайте, — остановил капитан встающего с места Мишку, жестом.
— Определю или предположу, где могут разместиться вражеские наблюдатели, пулемётные точки, снайпера.
Капитан немного подождал и кивнул головой.
— Снайпер должен установить, где проходят траншеи и окопы противника и, как сказал сержант, где могут разместиться его наблюдательные пункты и огневые средства. С какой целью, где, на каких направлениях и рубежах можно ожидать появление противника. На каких участках местности противник может укрыться от наблюдения и обстрела, с каких участков местности в нашей обороне или в нейтральной полосе эти участки можно просматривать и обстреливать. Какие участки местности на переднем крае противника и в нейтральной полосе наиболее выгодны для снайперов противника. Вот такой предварительный анализ и оценка обороны противника и местности дают возможность снайперу сделать правильный выбор для огневой позиции. И, конечно, необходимо сосредоточенно вести наблюдение на тех участках местности, где появление снайперских целей наиболее вероятно. Надеюсь, это понятно?
Бойцы закивали в ответ.
— Замечательно. Переходим к демаскирующим признакам…
— Это тут что за сборище? — раздался голос полковника. — Почему не на строевых занятиях? А вас, капитан, я отстраняю от обучения личного состава. Нам царских офицеров здесь не надо. Чего встали? Сержант! Командуйте на плац!
— Вы не правы, товарищ полковник, — сказал Мишка, с трудом подавляя в себе бешенство.
— Чего? — глаза полковника полезли на лоб, а фуражка смещалась на затылок. — Я тебя сержант сгною! За не умение разговаривать со старшим по званию, вы разжалованы до красноармейца. Арестовать!
Откуда взялись четверо здоровых лбов неизвестно. Подскочили, завалили на траву, скрутили руки.
Мишка опомниться не успел, как открыл лбом обитую металлом дверь. Пролетев пару метров упал на бетонный пол карцера. Разбитое при падении лицо саднило. Болело колено, которым также приложился при падении. Ещё пять минут назад ничего не предвещало развитию таких событий. Только устроился в углу поудобней, открылась дверь и два сотрудника НКВД с наганами заставили выйти. «Чёрный воронок» ждал своей жертвы. Впихнули на заднее сиденье, предварительно отоварив по рёбрам. Ехали недолго. На Лубянке завели внутрь помещения и сразу к следователю.
В кабинете накурено. Следователь с пролысиной посредине головы, похожий на телка, пускал изо рта сигаретный дым. Мишку завели, посадили на стул напротив и вышли и привязали руки к спинке стула.
— Сразу признаешься? Или помучаешься? Мы про тебя всё знаем Эрик. Нечего упорствовать. Доказательств на тебя выше крыши. Бумагу дать? Будешь писать? Писать не будешь. А говорить?
В это время раздался стук в дверь и на пороге появился полковник в форме НКВД.
— Товарищ полковник, следователь по особо важным делам военюрист второго ранга Волков проводит допрос немецкого шпиона.
Полковник прошёл к столу. Мишка скользнул по нему взглядом. Лицо показалось знакомым.
— Мы с вами где-то виделись, — полковник задумался. — У меня на лица прекрасная память. Раз увидел и на всю жизнь. Волков, иди покури.
Когда дверь закрылась за следователем, полковник опустился в его кресло за столом. Открыл дело и медленно пролистал листы. Губы его сжались, кулак ударил по столу.
— Волков! — зарычал полковник, и глаза стали красными.
Следователь мигом оказался внутри и вытянулся в струнку.
— Ты чем опять занимаешься? Я тебя предупреждал или нет? Это не 37 год. Ты что творишь? Дело заведено на Эрика Швайцера. Фотография даже есть. При чём тут этот боец?
— Это и есть Эрик Швайцер, — не моргнув глазом, ответил Волков.
— Если он Эрик Швайцер, то я балерина. Пшёл вон. Хотя, стой! Кто передал бойца? И из какого подразделения?
Следователь побелел.
— Говори! Всё равно узнаю! Ну!
— Полковник Вацис, начальник учебной школы по обучению бойцов воинским специальностям.
— Свободен. Пока, свободен. Наш разговор не окончен.
Дверь за Волковым закрылась.
Полковник нажал кнопку под крышкой стола. Вошёл конвоир.
— Развяжите. Найдите лейтенанта Малькевича. Охрана больше не нужна.
В сознании Мишки закрутилась знакомая фамилия Малькевич. Потирая затёкшие руки, он перебирал в памяти события.
— Куришь? — спросил полковник и на отрицательное движение головы Мишки, закурил сам. — Я точно тебя где-то видел.
