Мишка прикрывал лицо воротником шинели от бьющего в глаза ветра и не забывал осматривать пространство от дороги до самого леса. Жизнь приучила быть готовым к любым перипетиям судьбы.
Перед отправкой, успел дописать письмо жене.
«Леночка! Солнышко! Здравствуй, моя милая! У меня всё хорошо. Воюю, как и все. Правда, последние дни провёл в учебной школе. Завтра на фронт. Очень хочется тебя увидеть. Каждую ночь снишься ты и наша свадьба. Передавай родителям привет….».
Никогда не писавший писем Мишка увлёкся, что описал природу Москвы, здания, но это оказалось вымарано цензурой. Кто-то посчитал, что это недопустимые сведения.
На подъезде к какому-то населённому пункту их встретил боец.
— Снайпер?
— Да. Сержант Пананин и второй номер…
— Красноармеец Суглобов. Мне приказано встретить вас. Дальше, лучше пешком, и не по дороге.
— Что случилось?
— Немецкие снайпера за поворотом шалят. Машины с грузом пройти не могут. Шоферов выбивают. Раз десять прочёсывали лес с обеих сторон дороги и ничего. Словно в воздухе растворяются. За этим вас и вызвали.
— Ясно.
Кругликов быстро развернул мотоцикл и помахал рукой. Ужасно ревя, железный конь полетел обратно в Брянск.
Под деревьями стояло четыре полуторки с боеприпасами и продовольствием. Водители сидели на пожухлой траве кружком и смолили цигарки. Рядом расположились два бойца с автоматами.
Мишка с Сударышкиным подошли к ближайшему грузовику, как откуда-то выскочил лейтенант с перебинтованной головой.
— Лейтенант Ремез, командир группы разведки.
— Сержант Пананин, снайпер.
— Красноармеец Сударышкин, второй номер.
— Добро, бойцы, — улыбнулся лейтенант. — Суглобов уже поведал о проблеме?
— Вкратце.
— Задача одна. Найти и уничтожить или сделать так, чтобы прошли машины. Тут дорога одна, а в последние дни из-за дождя вообще сложно проехать. Вот и пользуются этим гады. Там, под Жирятино, на западном берегу реки Судость наши кровь проливают. Боеприпасы нужны как воздух, а тут эти…
Мишке не приходилось ещё воевать против снайперов. Он даже не знал, как это лучше делать. Как вообще к этому делу подступиться.
— Что сержант, сложная задачка?
— Сложная, товарищ лейтенант. Не приходилось мне пока охотиться на снайперов врага. Я их и не встречал ни разу с июня.
— Ты уж постарайся сержант, — немного скис лейтенант Ремез.
— Можете нарисовать, как стоят машины, которые остановили снайперы? И, если есть предположение, откуда стреляли…
Ремез в своём планшете нашёл листок и быстро набросал схему дороги.
— Здесь, здесь, здесь и здесь. Стреляли с обеих сторон дороги. Эти две вчерашние. Эти — сегодняшние. Сопровождающие с двух машин остались живы. Ночью три машины успели проскочить. Вообще они у нас тут давно. Ребят побили больше двадцати. В основном шофёров и командиров. Выстрел, два и исчезают, словно их тут и не было.
— Мистика, — задумчиво проговорил Мишка.
— С нами до вчерашнего дня была рота бойцов, но ночью они ушли на передовую. Потери большие. А тут ещё снайперы, будь они не ладны. Стреляли, как я понял по характеру ранений, каждый раз с нового места. Никаких следов пребывания мы не нашли.
— Товарищ Миша, Ерлана бы сюда или цыганку, вмиг бы нашли, где эти гады прячутся, — зашептал Сударышкин.
— Товарищ Миша? — засмеялся Ремез. — Это что прозвище?
— Это позывной, товарищ лейтенант, чтобы не раскрывать настоящее имя снайпера.
— Вон как, — усмехнулся лейтенант, — хитро придумано.
— Что скажешь, Фрол?
— Дело табак, — вздохнул напарник.
Мишка вглядывался в схему, составленную лейтенантом. Мысленно провёл линии от погибших к лесу.
— Один, два выстрела и уходят, — медленно выговорил Мишка. — Снайпер один или два, но стреляет каждый раз один. И не с обеих сторон дороги. А с одной. Скорее всего, слева.
— Почему вы так решили, товарищ Миша?
— Смотри. В двух машинах, которые съехали на левую сторону, убиты и шофёр, и сопровождающий. Сделано по два выстрела. В те машины, что съехали на правую обочину, убиты только водители. Соответственно сделано по одному выстрелу. То есть сопровождающие оказывались вне поля зрения стрелков и оставались живы.
— Верно, сержант, товарищ Миша, — лейтенант ещё раз прокрутил в памяти характеры ранений. — Осматривать времени не было, старались поймать по горячим следам. Сейчас я восстановил в памяти положение шоферов. Одно из ранений я принял с другой стороны дороги из-за вхождения пули в висок в правую сторону головы. Но ведь водитель мог просто оглянуться в сторону леса. Значит, снайперы или снайпер действуют с одной стороны. А мы как лоси носились в другом месте.
— А как бойцы проходят в ту сторону?
— Пешком. По лесу. Машинам не пройти, болотистая местность, а бойцам не привыкать.
— Товарищ Миша, давайте я на машине проеду, а вы этого снайпера вычислите!
Мишка посмотрел в сторону напарника.
— Нет, — жёстко ответил он. — Ты ведь не умеешь водить.
— Умею, — довольно улыбнулся Мишка. — Была возможность, покатался немного.
— Этого мало.
— Товарищ Миша, давай, кого из шоферов попросим, — лейтенант загорелся идеей Сударышкина.
— Надо одну машину разгрузить. Пусть будет полегче. Может, сманеврировать водителю удастся.
