Воздух стал настолько тяжелым, что трудно было произнести хоть слово. Прямо перед ними с нависающей кроны упала большая ветка и с треском ударилась о тропу. Деревья еще теснее сомкнулись вокруг.
— Не нравятся им слова насчет того, что Леса отступят, — сказал Мерри, — не надо больше петь! Погоди, вот дойдем до края, тогда повернемся и запоем все хором.
Он говорил спокойно и даже если чувствовал тревогу, то не показывал этого. Остальные подавленно молчали. Фродо чувствовал на сердце неодолимую тяжесть и жалел о своей затее бросить вызов деревьям. Он совсем уж было собрался заговорить о том, что пора поворачивать назад, если, конечно, это еще возможно... Как вдруг их путешествие приняло новый оборот. Тропа перестала подниматься и сделалась совсем ровной. Темные деревья расступились, и хоббиты увидели, что она уходит прямо вперед. А там, в некотором отдалении возвышался зеленый холм, выраставший из окружающего Леса как лысая голова. Тропа вела прямо к нему.
Хоббиты опять приободрились, радуясь возможности хоть ненадолго выбраться из-под лесного гнета. Тропа, между тем, пошла вверх, подводя их к подножию холма, и здесь почти затерялась в траве. Деревья окружали холм, как густые волосы выбритую макушку.
Хоббиты повели пони вверх по лентой вьющейся тропе и наконец достигли вершины. Тут они остановились и хорошенько огляделись. Воздух был пропитан солнечным светом, но повсюду висела плотная дымка, и видимость была плохая. Поблизости, правда, туман рассеялся, задержавшись лишь кое-где в лесистых низинах, зато к югу над Лесом лежало сплошное белое покрывало.
— Там, — сказал Мерри, указывая рукой, — русло Визивиндл. Река сбегает со склона и течет на юго-запад в самом центре Леса, чтобы слиться с Брендивайном ниже Хейсенда. Мы не должны идти туда. Говорят, долина Визивиндл — самое опасное место во всем Лесу, это центр, откуда исходит все необычное и загадочное.
Остальные смотрели в указанном Мерри направлении, но там был только туман над влажной глубокой долиной. За ней продолжался южный участок Леса.
На вершине холма основательно припекало. Было уже, должно быть, около одиннадцати часов, но осенняя дымка все еще мешала видеть что-либо в отдалении. На западе они не могли рассмотреть ни линию Стены, ни долину Брендивайна. На севере, куда путники поглядывали с надеждой, не видать было даже намека на Великую Восточную Дорогу, к которой они направлялись. Хоббиты находились на острове в море деревьев.
К юго-востоку холм круто опускался, наводя на мысль о том, что он продолжается под покровом Леса, подобно острову, представляя собой лишь верхушку горы, чьи склоны уходят в бездонную глубину. Сидя на зеленой вершине, хоббиты ели и посматривали на Лес. Когда солнце поднялось еще выше и наступил полдень, далеко на востоке проступили серо-зеленые очертания склонов, лежащих за Старым Лесом. Это подбодрило друзей: приятно было увидеть хоть что-нибудь, кроме бесконечных деревьев, пускай и не в том направлении, куда собирались идти. Эти места пользовались в легендах Шира не менее зловещей репутацией, чем сам Лес.
Наконец они решили двигаться дальше. Тропа, приведшая их на вершину холма, вновь появилась на северо-западном склоне, но они прошли по ней немного и убедились, что она упорно отклоняется вправо. Вскоре тропа ушла вниз, и они предположили, что, двигаясь по ней и дальше, попадут прямиком в долину Визивиндл, а им туда было не надо. После недолгого обсуждения решили оставить ложную тропу и двинуться на север. Они так и не разглядели с вершины холма Восточную Дорогу, но она должна была находиться там, и не слишком далеко. Кроме того, к северу, левее тропы, земля казалась более сухой и открытой, деревья, взбиравшиеся на склоны, были стройнее, на смену дубам, вязам и другим странным, не имеющим даже названия деревьям более густой части Леса шли пихты.
Вначале решение казалось правильным: путники продвигались вперед довольно быстро, хотя, когда на одной из полян им удалось взглянуть на солнце, стало ясно, что они несколько отклонились к востоку. Но мало-помалу деревья снова начали теснее обступать их именно там, где на расстоянии казались более стройными и не такими ветвистыми. Неожиданно появились глубокие складки в земле, будто борозды от исполинской телеги или широкие рвы на давно не используемой, заросшей ежевикой и травой дороге. Эти борозды пересекали хоббитам путь: приходилось с большим трудом спускаться, а затем взбираться на противоположный склон. Всякий раз спускаясь, путники обнаруживали, что дно углубления заросло густым подлеском, который не давал возможности свернуть влево, но легко расступался, стоило принять вправо. Пришлось довольно долго идти по дну, разыскивая место, подходящее для подъема. И каждый раз, когда они выбирались из борозды, деревья Леса оказывались толще и темнее; и всякий раз путь влево был труднее или просто невозможен, и они вынуждены были забирать направо.
