— Эй! — воскликнул Том, глядя прямо на него своими сияющими глазами. — Эй, Фродо! Ну-ка стой! Ты куда собрался? Старый Том Бомбадил не ослеп покуда. Сбрось Кольцо свое скорей! Оно тебя не красит. Поиграл — и хватит, сядь рядышком со мною! Нужно многое еще обсудить на завтра. Том вам должен указать верную дорогу, чтобы горя вам не знать и не заблудиться.
Фродо засмеялся, стараясь казаться довольным. Сняв Кольцо, он подошел и снова сел. Том говорил, что завтра будет сиять солнце, утро будет прекрасное, а путешествие предстоит приятное. Но выступить нужно очень рано: погода в этих местах такова, что даже Том не может надолго быть уверенным в ней. Она меняется быстрее, чем Том снимает свою куртку.
— Я не хозяин погоды, — добавил он, — и никто ходящий на двух ногах не распоряжается ею.
По его совету они решили двинуться от его дома прямо на север, по западным и самым низким отрогам Склонов: в таком случае они могут за дневной переход достичь Восточной Дороги и избежать при этом Курганов. Том советовал им не бояться ничего, но в то же время быть осторожными.
— Если вы не силачи, полные отваги, то идите по траве, от камней подальше и от духов, чьи дома — в глубине Курганов.
Он повторил это не раз и советовал им обходить Курганы с запада, если они все же встретятся им по пути. А еще научил песенке, которую им следовало спеть, если на следующий день они окажутся в опасности:
После того как все вместе пропели это несколько раз, он со смехом похлопал хоббитов по плечам и, взяв свечи, проводил в спальню.
Этой ночью не было никаких странных звуков, пока Фродо то ли во сне, то ли наяву не услышал песню: она летела к нему, как бледный свет из-за серого дождевого занавеса. Она все крепла, превращая занавес в стекло и серебро, пока тот не откинулся весь и не открыл за собой далекую зеленую страну, залитую солнцем.
Видение растаяло с пробуждением. Том свистал, как дерево, полное певчих птиц, солнце действительно освещало холмы и врывалось в распахнутые окна. Все вокруг было зеленым и бледно-золотым.
После завтрака, опять проведенного в отсутствие хозяев, хоббиты о предстоящем прощании подумали с такой тяжестью на сердце, какая только была возможна в столь необыкновенно прекрасное утро, прохладное, яркое и чистое, под бледно-голубым шатром осеннего неба. Дул свежий северо-западный ветер. Отдохнувшие пони помахивали гривами, фыркали и рыли копытцами землю. Том вышел из дому, помахивая шляпой и пританцовывая с порога, и пожелал хоббитам доброго пути и гладкой дороги.
Хоббиты двинулись по дорожке, вьющейся от дома вверх по северному отрогу холма, защищавшего дом. Они спешились, только чтобы провести пони по крутому подъему, как вдруг Фродо остановился.
— Голдбери! — воскликнул он. — Моя прекрасная госпожа, одетая в зелень и серебро! Мы не попрощались с нею, АЛЫ даже не видели ее с вечера!
Он был так расстроен, что повернул назад. Но в тот же миг откуда-то сверху послышался знакомый голос. Голдбери стояла на холме и махала им, а ее волосы свободно развевались на солнце. Она кружилась в танце, и свет, подобный солнечным бликам на поверхности реки, разбегался из-под ее ног.
Хоббиты поспешили наверх и вскоре, запыхавшиеся, кланяясь, стояли подле Голдбери. А она широко повела рукой, приглашая их оглядеться. С вершины холма открывался весь утренний мир. Теперь и над Лесом не было ни малейшей дымки. Воздух был совершенно прозрачен, и видно далеко. На западе стояли поросшие лесом холмы, зеленые, желтые, красновато-коричневые в свете солнца, за ними скрывалась долина Брендивайна. На юге сверкало, будто бледное стекло: там Визивиндл делала большую петлю в низинах и уходила в места, о которых хоббиты ничего не знали. На север простирались, постепенно снижаясь, и терялись вдали серые и зеленые равнины. На востоке, гряда за грядой, высились Большие Курганы и тоже исчезали из виду. Там же, в непостижимой дали, виднелось что-то синевато-белое на самом краю неба. Это были памятные хоббитам по старым преданиям высокие горы.
Путники полной грудью вдохнули чистый воздух. Им почудилось, что достаточно нескольких шагов — и они перенесутся в любое место, куда им захочется. Казалось малодушным делом брести по склонам и ущельям, вместо того чтобы прыгать с вершины на вершину, легко, как Том, над деревьями, над долинами и грудами скал, до самых гор.
Когда Голдбери обратилась к ним, хоббиты с трудом оторвались от чудесного зрелища.
— Доброго вам пути, дорогие гости! — сказала она. — Двигайтесь к своей цели! Да будет легка ваша дорога! Торопитесь, пока сияет солнце! — И, обращаясь к Фродо, добавила: — Прощай, друг эльфов, это была приятная встреча!
