Вскоре они уже вели пони цепочкой вниз по длинному северному склону холма прямиком в море тумана. По мере того как они опускались, туман становился все более холодным и влажным, и отсыревшие волосы прилипали к лицу. Когда достигли дна, стало так холодно, что пришлось остановиться, чтобы извлечь из багажа плащи с капюшонами, тут же покрывшиеся мелкими серыми каплями. Затем, взобравшись на пони, снова двинулись в путь, медленно и на ощупь, чувствуя лишь подъемы и спуски. Они направлялись, как им казалось, к северному выходу из долины, который заметили днем. Оттуда им останется просто двигаться вперед, пока не уткнутся в Дорогу. Дальше этого их расчеты не шли, за исключением разве что слабой надежды, что там нет тумана.
Они продвигались очень медленно. Чтобы не потеряться и не уйти в разных направлениях, выстроились цепочкой: впереди — Фродо, за ним — Сэм, дальше — Пиппин и замыкающим — Мерри. Долина казалась бесконечной. Внезапно Фродо увидел обнадеживающий дорожный знак. С обеих сторон сквозь туман что-то темнело, и он предположил, что это и есть желанный выход из долины. А дальше за ним — свобода!
— Вперед! Давайте за мной! — крикнул через плечо Фродо и пришпорил пони. Но его надежда сменилась разочарованием и тревогой.
Темные пятна становились все темнее, и внезапно прямо перед ним выросли два огромных камня. Зловеще возвышаясь над дорогой, они слегка наклонялись друг к другу, будто столбы великанской двери, лишенной притолоки. Он не видал ничего подобного, когда днем смотрел с вершины холма. Стоило ему проехать мимо этих камней, как на него опустилась тьма. Пони испуганно зафыркал, попятился, и Фродо упал. Оглянувшись, он увидел, что остался в одиночестве: никто за ним не последовал.
— Сэм! — позвал он. — Пиппин! Мерри! Сюда! Где вы?
Ответа не было. Страх охватил его, и Фродо побежал обратно мимо камней, крича что есть мочи:
— Сэм! Сэм! Мерри! Пиппин!
Пони побежал в другую сторону и скрылся в тумане. Фродо почудилось, что откуда-то издалека, с востока слышится ответное: «Эй! Фродо! Эй!» Он постоял между огромными камнями, вслушиваясь и вглядываясь во мглу, потом кинулся в том направлении, откуда доносился крик, и сразу ощутил, что поднимается по крутому склону.
С трудом передвигаясь, он продолжал громко кричать, но в ответ ничего не слышал. А когда наконец услышал, ему показалось, что на сей раз крик доносится откуда-то сверху.
— Фродо! Эй! — отчетливо крикнули из тумана.
Затем раздалось что-то похожее на «Помогите!
Помогите!», которое перешло в протяжный вопль, внезапно оборвавшийся. Изо всех сил Фродо бежал в направлении криков, но больше не слышал ничего. Ночь сомкнулась вокруг, и вскоре он утратил всякое понятие о направлении. И ему лишь казалось, что он все время куда-то поднимается.
Достигнув ровной поверхности, он сообразил, что находится на вершине какого-то холма или отрога. Он смертельно устал, взмок и в то же время дрожал от холода. Все кругом было покрыто мраком.
— Где вы? — закричал он жалобно.
Ответа не было. Фродо стоял, прислушиваясь, и внезапно почувствовал, что становится невыносимо холодно. Здесь, наверху, дул ледяной ветер. Погода резко переменилась. Туман проплывал мимо клочьями и слоями. Изо рта у хоббита повалил пар, а тьма немного рассеялась, стала чуточку прозрачней. Запрокинув лицо, Фродо с удивлением заметил, что сквозь гонимые ветром клочки тумана он может разглядеть звезды. А ветер свистел в траве.
На какое-то мгновение ему опять послышался приглушенный крик, и он двинулся по направлению к нему. Туман все рассеивался, а звезды светили все ярче. Осмотревшись, Фродо понял, что стоит лицом к югу на вершине крутого холма, куда он, по-видимому, взобрался по северному склону. Восточный ветер усиливался. Справа на фоне западных звезд возвышались мрачные очертания большой могильной насыпи.
— Где вы? — опять вопросил он, одновременно гневно и испуганно.
— Здесь! — ответил голос, глубокий и холодный, доносившийся словно из-под земли. — Я жду тебя!
— Нет! — закричал Фродо, но голоса своего не услышал и бежать не смог.
Колени его подогнулись, и он упал на землю. Ничего не произошло, не было слышно ни звука. Дрожа, он поднял голову — и увидел на фоне звезд высокую темную фигуру. Она склонилась над ним. Фродо показалось, что он видит пару глаз, очень холодных, освещенных таинственным бледным огнем, будто бы летящим издалека. Затем что-то более твердое и холодное, чем железо, сжало его. Холод пронзил его до костей, и больше он не видел уже ничего.
Придя в себя, Фродо несколько мгновений ничего не мог вспомнить, кроме леденящего страха. Потом вдруг осознал, что находится в плену, что его поймали и нет ему спасения: он в могиле. Дух Кургана схватил его, один из тех, о которых хоббиты рассказывали друг другу шепотом. Фродо не осмеливался пошевелиться и лежал в той же позе, прижавшись спиной к холодному камню, вытянувшись всем телом и сложив руки на груди.
