Мара едва заметно повернула к нему голову. О да, это явно был не случайный вопрос.
— Верно! Мы ведь его сами учили, Гвинет, — внезапно заговорила профессор Кендрик с ностальгическими нотками в голосе.
— Ах да, — вздохнула Бримор, откинувшись на спинку стула. — Я никогда бы не поверила, что этот тоненький, сутулый мальчишка, вечно оставшийся в академии на каникулы, станет таким значительным человеком.
Троица навострила уши.
— Правда? — Дамиан изобразил удивление и легкий интерес. — Каким же он был в школьные годы?
Бримор отставила бокал и засмеялась, хитро покосившись на Кендрик.
— Весьма жалким, если выразиться без обиняков.
Кендрик, смерила её осуждающим взглядом.
— Гвинет!
— Ну, милая моя, давайте уж говорить начистоту, — парировала Бримор, облокотившись на стол. — Я только описываю истину. В школе Кай был довольно… неуклюж, в самом широком смысле слова. И, к слову, с довольно неприятным характером, если припоминаете.
— Помню, ещё как помню, — покачала головой Кендрик. — В те времена он совсем не походил на того, кем является теперь. Нынче господин Ардонис производит впечатление человека уверенного, представительного, даже слишком… а вот тогда…
Бримор хмыкнула.
— Семья у него была… не сказать, чтобы добрая или заботливая, — продолжила Кендрик, поправляя свои уже давно съехавшие очки. — Так что, неудивительно, что он оставался здесь на Рождество.
— Но и студенты его тоже недолюбливали, — добавила Бримор, слегка откидываясь назад.
— И не зря, смею сказать, — подхватила Кендрик. — Кай был весьма высокомерен, — она строго поджала губы. — Всё время кичился, что, дескать, является потомком самого великого Аластора Ардониса.
— И ведь этим он только всё усугублял, — покачала головой Бримор. — Было совершенно очевидно, что от Аластора ему досталась лишь фамилия.
— И ничего более, — вставила Кендрик, хмуря брови. — Ни силы, ни таланта.
Дамиан удовлетворённо улыбнулся в свой бокал.
— Любопытно… — протянул он. — Получается, он не проявлял себя как выдающийся маг?
— О, милый мой, — отмахнулась Бримор. — Даже близко нет. Это вам скажет любой из его учителей.
— Вся эта его карьера — прямо-таки загадка, — со вздохом добавила Кендрик. — Из невзрачного, несчастного студента до… такого человека, которым он стал.
Профессор Войт, всё это время хранившая настороженное молчание, наконец подалась чуть вперёд, отставила бокал и сложила руки на столе. Её взгляд оставался холодным и сосредоточенным, как будто в её голове только что совпали пазлы давно забытой загадки.
— Странно, что я вспомнила об этом только теперь… — протянула она. — Но я ведь тоже знакома с Каем Ардонисом.
Все взгляды тут же устремились к ней.
— Лет десять назад, когда я ещё была на службе в полиции, имя Кая Ардониса однажды всплыло в расследовании.
— В расследовании? — удивлённо переспросила профессор Кендрик. — И в чём же его обвиняли?
— Подозрения касались контрабанды, — сказала Войт медленно, будто взвешивая каждое слово. — Контрабанды проклятых артефактов.
Мара застыла. Её взгляд скользнул к Дамиану, который едва заметно поднял бровь, но ничего не сказал.
— Проклятые артефакты? — переспросила Бримор, глаза которой азартно заблестели. — И что же, он попался?
Войт качнула головой.
— Нет. Задержать не удалось — ни его, ни его товарища.
— Товарища? — уточнила Кендрик, с лёгким осуждением сморщив нос, как будто её уже начинала раздражать вся эта криминальная тема.
— Да, — Войт пристально посмотрела на неё. — Вейлор Торн, маг воды из старого рода, участвовал в этом вместе с Ардонисом. Кай Ардонис якобы продавал старинные ценности, а когда ничего не подозревающая жертва оказывалась под действием проклятия, к ней вдруг «совершенно случайно» являлся Вейлор Торн, великодушно предлагая свои услуги по снятию проклятия.
— Ну, разумеется, — усмехнулась Бримор, качая головой. — Не бесплатно, надо полагать.
— За весьма крупную сумму, — подтвердила Войт. — На ту схему нам так и не удалось найти достаточно доказательств. Все свидетели таинственным образом исчезли. Уж не знаю, правда всё это, или нет…
Она откинулась на стуле, снова взяв в руки бокал и задумчиво глядя, как вино стекает по стенкам. Её взгляд через стекло упал на Дамиана, который так увлёкся рассказом, что растерял весь свой непринуждённый вид.
— Мне кажется, господа, — сказала Войт, возвращая своему тону преподавательскую нотку, — что юной леди и джентльменам давно пора отправляться в общую комнату. Ваша компания — безусловно, занятная, но сидеть тут всю ночь, слушая истории взрослых дам, — едва ли уместное времяпрепровождение для праздника.
Дамиан, услышав это, тут же изобразил свою привычную ленивую улыбку, которая, тем не менее, не смогла скрыть его разочарования.
— Совершенно верно, Моргана! — оживилась профессор Бримор, охотно подхватывая мысль коллеги. — Нечего молодёжи киснуть в обществе стариков!
Троица поспешно поднялась из-за стола, откланялась и уже собралась было уходить.
— Бутылку оставь, Спэрроу, — вдруг приказал Войт стальным голосом.
