– Рада встрече, – монахиня крепко пожала ладонь. – Присядем? Выпьете чего-нибудь?
– Пока нет, – мотнула головой Лавиния, усаживаясь в кресло у камина и протягивая руки к огню. – Надо же, а я замёрзла, оказывается. Всегда забываю об обогревающем заклинании, когда работаю…
Мать Патрисия заняла место напротив.
– Итак, кто начнёт? – спросила она.
– У меня есть информация и несколько вопросов. Если вы не против, я бы хотела начать именно с них, возможно, что благодаря вашим ответам полученные за эти дни сведения повернутся другим боком.
– Что ж… Давайте попробуем.
– Какие у вас отношения с братом?
– Почти никаких. Я на одиннадцать лет его старше, так что в его детстве и юности мы практически не соприкасались. Когда я ушла от света, ему было всего семь лет, ребёнок. Ну, а юности у Рика практически и не было, пришлось очень быстро повзрослеть.
– Год назад вы приезжали в Севилью и хотели с ним поговорить…
– Да, это так, – мать Патрисия смотрела в огонь. – После смерти родителей и брата я довольно долго не интересовалась делами семьи. Вы в курсе, мы с отцом были в ссоре? Так вот, более всего я корю себя за то, что так и не помирилась с ним, не успела. Но кто мог бы предположить столь странную и нелепую гибель? Ему было шестьдесят, для мага это ничто, начало зрелости!
– Я потом попрошу вас рассказать о причине этой ссоры, – предупредила Лавиния, и добавила после секундного колебания. – Если это не секрет, конечно.
– О причине… Я подумаю.
– Подумайте. Так о чём вы хотели поговорить с братом?
– Вот как раз о делах семьи. Дело в том, что ранней весной в прошлом году у меня в монастыре появилась очень интересная девочка.
– Монахиня?
– Даже не послушница! Нет, просто дочь одной моей хорошей знакомой. Студентка университета в Саламанке, экономист и расчётчик Гермесовой милостью. Только вот папаша этой девочки вбил себе в голову, что она должна выйти за выгодного для него партнера, или отказаться от приданого и передать все деньги в распоряжение отца.
– Дикость, – кивнула госпожа Редфилд.
– Да. Поэтому Диана сообщила ему, что будет в монастыре трудницей, и на полгода скрылась за нашими стенами. Ей нужно было только дотянуть до сентября, чтобы отправиться в Кембридж заканчивать образование. Так вот, девочка ходит по банковским сетям, словно по собственной комнате, и я попросила её проверить, что с финансами семьи Медина.
– И что же?
Мать Патрисия вздохнула.
– К сожалению, отец передал Рику только основные сведения о наших предприятиях, источниках дохода, расходах, партнерах и противниках. А тонкости… Тонкости он даже и Алехандро, наследнику, не успел рассказать. И Рик оказался почти погребён под свалившейся на него горой дел. Я приехала тогда к нему, чтобы поговорить об этом, и, видимо, не с того начала. Брат решил, что я его упрекаю, мы оба заговорили повышенным тоном… И тут появилась эта мегера.
Женщина сжала кулаки, выдохнула, на мгновение закрыла глаза… Потом посмотрела на Лавинию.
– Вы как хотите, а мне нужно это запить. Вина, бренди, виски?
– Виски. Чуть-чуть, иначе я и до ужина не доживу, свалюсь.
Получив в руки пузатый стакан с толстым дном, в который был на полпальца налит золотистый нектар, она вдохнула аромат, чуть пригубила и отставила стакан в сторону.
– Мегера – это Эстефания Иньиго?
– Именно так. Она появилась в доме, когда родился Рики, её взяли нянькой. Но Стефа решила этим не довольствоваться, и очень быстро влезла в постель к отцу. Понимаете, сеньора коммандер, у родителей не был идеальный брак, но по крайней мере приличия они соблюдали. И потом, мне казалось, что появление на свет четверых общих детей говорит хотя бы о хороших отношениях!
– Не всегда, – покачала головой Лавиния.
– Не всегда, – эхом отозвалась монахиня.
– Ну хорошо, следующий вопрос: ваш старший брат точно погиб?
– Скажем так, я в этом почти уверена. На девяносто восемь процентов. Если, предположим, Карлос где-нибудь в Империи Новый Свет, за океаном, так никакой магвестник его не достанет.
– Мне говорили, что вы проверяли некромантскими методами.
– Проверяла, – мать Патрисия кивнула. – Я не вижу его среди живых, но и среди мёртвых не нахожу.
– И это значит?..
– Кому как не вам знать, что от поиска, даже кровного, можно укрыться, пусть это и не просто. Но…
– Да?
– Понимаете, сеньора коммандер, если Карлос решил исчезнуть, то уж точно не для того, чтобы вернуться через столько лет и потребовать признания. Он никогда не желал герцогского титула и той власти, которую этот титул даёт.
Лавиния задумалась. Ей никак не давала покоя попытка украсть родовую книгу, а что если…
– Можно ли увидеть живых носителей крови на семейном древе? – спросила она. – Не во всех семьях имеется этот артефакт, но уж у герцогов Медина он должен быть!
– Есть, конечно, – монахиня усмехнулась. – Вот только доступ к нему имеется лишь у одного человека, главы рода, прошедшего обряд. А Рик пройдёт его только в последних числах января, если его не достанут раньше. И то, в этом случае он сможет увидеть огоньки на ветвях древа, соответствующие живым Медина, а вот кто из них… из нас где находится, этого не будет.
