Галька тоже не переносила малышей в целом и весьма своеобразно относилась к своей младшей сестре Олечке в частности, хотя разница в возрасте у них была лишь четыре года. Галька рассказывала со смехом, как Олька имела привычку припрятывать всякие сладости в укромные места, чтобы насладиться ими вечерком или даже ночью. Как-то раз Галька обнаружила ее тайник, да еще какой – с импортной жвачкой, которую их отец привез из-за границы. Недолго думая, Галька произвела экспроприацию собственности, что-то сама съела, а остальное раздала дружественным одноклассницам. На следующую ночь Галька проснулась от резкой боли в плече. Хорошо еще, что в те времена фильмов про вампиров не водилось, не то быть бы ей заикой до конца дней своих. Сеструха, обнаружившая пропажу ночью, в приступе безудержной злобы изо всех своих сил впилась зубами ей в плечо. Сил у Ольки хватило на приличный укус, который потом воспалился, нагноился и болел пару недель. «Вот змея какая ядовитая у меня, а не сестра!» – любила шутить на эту тему Галька.
Зато Ленка детей обожала. Лишь на Сявку ее симпатии не распространялись: к нему она питала плохо скрываемое раздражение. Как минимум. Может, подсознательно ощущала его косвенным виновником своих проблем. Так или иначе, Ленка с ним абсолютно не церемонилась и скидок на нежный возраст не делала. Бывало, сидим мы с ней вдвоем в комнате, и туда вползает (или чуть позже прибегает) Сявка – Ленка тогда немедленно выставляла его за дверь, таща за шкирку и не обращая ни малейшего внимания на его писк. Я Ленку за это не осуждала. Но вот ее школьная беспомощность регулярно вызывала во мне приступы бессильной злобы на весь мир, включая Ленку.
