– Поймите меня правильно, господа. Русские взяли нас в кольцо. Они отрезали войска гарнизона от моря и от Земландской группировки. Попытка вырваться нам не удалась. Не смогли пробиться к нам и соединения 4-й армии… На заключение хотя бы краткого перемирия русские не пойдут. Они, несомненно, хозяева положения. Единственный выход – капитуляция. Поступив так, мы сохраним немцев. Хороший коммунист – мертвый коммунист, живой немец лучше мертвого немца…
– Простите, генерал, – запинаясь, произнес обер-бургомистр Кёнигсберга доктор Гельмут Вилл, – но если попробовать на Пиллау…
– Поздно спохватились, – сказал Отто фон Ляш. – Русские перерезали дорогу. Сдаваясь сегодня, мы сохраним немцев Германии будущего.
Крейсляйтер Эрнст Вагнер выхватил «парабеллум», поднес его к виску и скривился от боли, когда адъютант генерала фон Ляша ударом ладони в локоть выбил пистолет на пол.
Генерал Отто фон Ляш обернулся на звук, помедлил минуту, придерживая рукою за край бронированную дверь внутреннего каземата.
– Щенок, – тихо, но так, что все услышали, сказал он. – Вы еще делали в штанишки, когда я командовал ротой. Найдите ему валерьянку, Фридрих.
Дверь захлопнулась. Командующий Первым военным округом Восточной Пруссии, военный комендант города Кёнигсберга генерал от инфантерии Бернгардт-Отто-Густав фон Ляш последнее решение принимал в одиночестве.
Войска 3-го Белорусского фронта овладели сегодня крепостью и главным городом Восточной Пруссии – Кёнигсбергом.
В боях за Кёнигсберг советские воины вписали еще одну славную страницу в историю героической борьбы Красной армии с немецко-фашистскими захватчиками.
В эту минуту майор Вернер фон Шлиден увидел, что оберштурмбаннфюрера Вильгельма Хорста в бункере генерала Отто фон Ляша уже нет.
– Пора, – сказал себе Янус, – самое время…
Когда майор Вернер фон Шлиден, стараясь не привлекать внимания, двинулся к выходу, среди тех, кто пришел на последнее совещание, царили смятение, паника и неоформившееся пока в сознании общее желание: выжить. Любой ценой выжить!
Обернувшись в дверях, Вернер увидел, как крейсляйтер Эрнст Вагнер, стараясь сделать это незаметно, прячет свой пистолет в ящик большого дубового стола адъютантов.
…Кёнигсберг горел.
По времени был уже полдень, но зловещий дым застилал солнце. Сумерки, пронизываемые молниями разрывов, господствовали над бывшей столицей Восточной Пруссии. Время будто остановилось, наполненное ревом, не имеющим оттенков, сплошным ревом, который рвал барабанные перепонки и не оставлял ничего, кроме желания перестать слышать все это, даже если цена этому – смерть.
Вернер фон Шлиден мгновение помедлил, стоя на верхних ступенях, ведущих из бункера в этот ни с чем не сравнимый ад, потом рванулся вперед, перебежал к дереву с обломанной вершиной, и в это время в здание университета ударил снаряд, бесшумно просыпав на землю чудом сохранившиеся стекла окон.
От дерева Вернер фон Шлиден ползком подобрался к развалинам длинного дома, перевалился через бруствер и упал в траншею, которая привела его к полузасыпанному входу в подвал. Янус нырнул в него и увидел десятка два солдат, сидевших на длинных скамьях вдоль стен. Лица их, землистые, покрытые копотью и пылью, были безучастны. На мгновение Вернеру показалось, что это рассаженные мрачным шутником трупы, но винтовки, зажатые между солдатских колен, подрагивали, и майор понял, что видит живых людей.
Искоса поглядывая на солдат, не обративших на офицера никакого внимания, фон Шлиден быстро прошел подвал, подумав о какой-то странной форме массового шока. Усмехнулся: «Что ж, это немудрено… Четвертый день такой музыки может свести с ума».
Через подвал Янус с трудом выбрался на противоположную сторону разрушенного здания и, прижимаясь к остаткам стен, двинулся к уцелевшей кирхе. До нее оставалось не более сотни метров, когда вдруг справа от майора фон Шлидена ударила пулеметная очередь. Вернер упал и осторожно повернул голову в ту сторону, откуда стреляли.
Путаясь в полах длинной серо-зеленой шинели, по заваленной трупами мостовой бежал долговязый солдат с остекленевшими глазами, без шапки и пояса. Он волочил за собой пулемет, падал через десять-пятнадцать шагов, припадал к оружию и стрелял в сторону, от которой бежал, спотыкаясь…
Одна из очередей едва не задела Вернера. Майор фон Шлиден лежал у противотанковой рогатки и думал, что сейчас совсем глупо попадаться под пулю.
