«Тяжеловато будет для бумаг, даже если они и суперсекретны, – подумал оберштурмбаннфюрер, принимая портфель Беме. – Уж не золото ли он в нем держит?»
Обергруппенфюрер обеими руками сбрасывал книги одного из шкафов. Он опустошил уже две полки и, заметно нервничая, принялся за третью.
Наконец, в глубине шкафа скрипнуло, и шкаф медленно отошел в сторону, обнаружив отверстие в стене.
– Фортиг… Готово! – облегченно вздохнул обергруппенфюрер. Идите первым, Хорст, – форвертс!
Дальше была винтовая лестница. По ней они долго спускались вниз. Лестница привела в комнату с низким сводчатым потолком. Она была совершенно пуста. В трех ее стенах темнели небольшие двери. Под потолком тускло светил плоский плафон.
Ганс-Иоганн Беме потянул на себя одну из дверей. Дверь не поддавалась. Обергруппенфюрер выругался, поднял руку и повернул крюк над косяком двери. Дверь распахнулась.
– Включите фонарь, Хорст. Дальше света не будет.
Они двинулись узким коридором, пригнувшись и освещая дорогу фонарями. Обергруппенфюрер по-прежнему заставлял идти Хорста впереди.
Разрывы сюда не доносились. Пахло сыростью и морскими водорослями. Запах водорослей удивил Вильгельма Хорста. «Море ведь далеко, – подумал Хорст. – Откуда здесь могут быть водоросли?»
Усилием воли оберштурмбаннфюрер стер праздные мысли и прибавил шагу.
Метров через триста-четыреста, – Вильгельм Хорст считал шаги, – Беме приказал ему остановиться. Потом осветил фонарем стену.
– Еще немного вперед. Метров тридцать, – сказал он.
Они пошли дальше. Обергруппенфюрер вновь осветил стену, и Хорст увидел железный ящик, вмурованный на высоте полутора метров от пола.
Беме открыл ящик, схватил один из рубильников, спрятанных там, и резко включил его.
Где-то далеко вздохнула земля, и волна затхлого воздуха едва не сбила их с ног.
– Назад хода нет, Хорст, – сказал Беме. – Форвертс!
…Второй штурмовик «проутюжил» кирху, сбросив бомбы, когда Вернер добрался до ее главного входа. Здание качнулось, сверху упала красная пыль, Шлиден толкнул резную дверь и опустил предохранитель пистолета. Так он и вошел в кирху – с пистолетом в руке и в красной от пыли одежде.
Вход в подземелье майор нашел быстро. Вернер фон Шлиден разбросал доски, закрывавшие люк, осторожно нащупал кольцо и отсоединил взрыватель контактной мины, о которой его предупреждали.
В темноте Вернер спустился по ступенькам, фонарь пока не зажигал, провел рукой по левой стене и, нащупав рубильник, включил свет. Аккумуляторы были свежие, и яркий свет залил бункер.
Первую дверь он открыл длинным ключом с замысловатой бородкой, с улыбкой вспомнив, как дважды пришлось делать с него слепок. За дверью был короткий коридор, сворачивающий направо.
Перед поворотом Вернер помедлил, поднял руку с пистолетом и резко шагнул вперед. Но здесь никого не было. Метрах в пяти от него находилась вторая дверь.
Эта дверь была даже не заперта. За нею Вернер увидел бункер округлой формы. Яркий плафон наверху освещал пустое помещение.
«Значит, она здесь, знаменитая дверь», – подумал он.
Вернер подошел к ней и остановился, разглядывая. Дверь была овальной формы. По краям странного вида ручки. Никаких отверстий, ничего, похожего на замочную скважину. И только в самом центре двери круглый, вроде телефонного, диск.
– Гнейзенау, Гнейзенау, – пробормотал Вернер фон Шлиден, подходя к двери.
С минуту Янус стоял неподвижно у стальной двери, пристально рассматривая круглый диск с буквами и цифрами на белых ячейках.
– Гнейзенау, – снова повторил он и осторожно стал набирать это слово на диске. Затем повторил эту операцию в обратном порядке.
«Теперь цифры, – подумал майор. – Двадцать восемь – сорок три. И тридцать четыре – восемьдесят два…»
Когда майор Вернер фон Шлиден набрал последнюю цифру и убрал палец из ячейки диска, раздался короткий мелодичный звон и дверь бесшумно отворилась.
– Сейчас выходим, Хорст. Будьте осторожны, – сказал обергруппенфюрер. – Форзихт!
Подземный ход из Королевского замка привел их в бомбоубежище под одним из домов на правом берегу Прегеля.
– Быстрее, быстрее! – торопил обергруппенфюрер Хорста. – Я не намерен попасть в руки русских.
– Позвольте, обергруппенфюрер, но как нам быть с завершающим этапом операции «Костер Нибелунгов»…
– Это не ваше дело, Хорст. У меня есть особые соображения на этот счет, – сказал Беме. – Идите быстрее! Форвертс!
Они спустились к самой воде, поблескивающей от ближних пожаров. Откуда-то стреляли, пули проходили над их головами. Визжали мины, Королевский замок не был виден под черным покрывалом дыма, окутавшего центр города. В Прегели плыли трупы и обломки того, что обладало способностью держаться на воде.
«Что произошло? – лихорадочно думал Хорст. – Неужели Беме отказался от операции «Костер Нибелунгов»? Приказ свыше или его собственная инициатива… Понимаю, он хочет купить этой ценой расположение русских, если вдруг попадет к ним в руки… Да, это так понятно, черт побери, но ведь я, Ирокез, не получал приказа о ликвидации «Кактуса»… Как мне ни жаль, экселенц, только я теперь не служу вам больше…»
С другого берега донеслись крики «ура». Русские!
